– Эй! – воскликнула она голосом Холдена. – Тихо-тихо! Друг, успокойся! Это я, Лео!
Адам резко зажмурился и через пару секунд открыл глаза.
– Черт возьми, – пробормотал он, ошарашенно глядя на Холдена, крепко прижатого к барной стойке и с заломленной рукой.
Отпустив друга, Адам шагнул назад под монотонный гул в голове и растерянно провел пальцами по волосам, пока Лео мысленно благодарил всех святых, что все не закончилось куда хуже.
Таким его он еще никогда не видел.
– Да что с тобой? – выпалил Холден, разминая выкрученную руку. – Какого хрена ты тут устроил?
– Мария. Мне… показалось, что она здесь. «Или не совсем она?…»
Замерев на несколько секунд, Лео притормозил рвущийся вопль возмущения, который уже давно был условным рефлексом при возникновении в опасной близости этой «ледяной королевы». Медленно выдохнув, он потер пальцами щетину на подбородке и как можно спокойнее проговорил:
– Слушай… ее давно здесь нет. Она в Калифорнии с этим… как там его…
– Я не знаю, как там его, – буркнул Адам приглушенным голосом, потирая лоб.
– Вот и… хорошо, что не знаешь. – Лео внимательно посмотрел на друга. – И я все, конечно, понимаю, но прямо сейчас ты меня охренеть как пугаешь. А если бы на моем месте был кто-нибудь другой? Гражданский или, не знаю… Билли?
– Нет, – резко выдал Адам. – С ней все иначе, я… я бы никогда…
– Так, ладно, я тебе верю. Думаю, это просто последствия взрыва. Ты ведь так и не отдохнул нормально, да и, скорее всего, приложился головой при падении. И что мне с тобой делать? – задучиво проговорил Лео. – На работу я тебя в таком состоянии не пущу – можешь даже не пытаться.
Миддлтон резко изменился в лице.
– Нет, никаких выходных, у нас расследование в разгаре, и…
– И ты не можешь его вести в таком состоянии. Поэтому прямо сейчас поедешь в больницу и убедишься, что в твоей буйной голове все шестеренки на месте и тараканы крутят их в рабочем режиме. А после этого отдохнешь, – он огляделся по сторонам, – и желательно не дома. Можешь поехать ко мне или к своей матери. Она, кстати, вчера звонила мне, беспокоится за нас, балбесов.
– Мне тоже звонила. Ты же знаешь, ее не исправить.
– Ага. Но может и не ее-то надо исправлять, – пробормотал Лео. – В любом случае, сегодня ты вне офиса, понял? И чтобы никаких мыслей о работе, никакого расследования – только отдых. Справишься?
Миддлтон поджал губы.
– Друг, если так пойдет и дальше, я насильно запишу тебя на психотерапию.
– Да иди ты. Терпеть не могу психотерапевтов.
– А мне все равно, что ты там можешь или не можешь. Либо нормально отдыхаешь и не загоняешь себя работой, либо – принудительная терапия два раза в неделю сроком в три месяца. И это для начала.
Адам поморщился, как от зубной боли.
– Ладно, выходной. Но если возникнет что-то важное – сразу звони.
– Конеч-чно. – Лео вернулся за барную стойку и выжидающе посмотрел на друга. – А пока еще есть время, давай мы сядем, и ты расскажешь, к каким таким теориям вы с Билли пришли вчера вечером?
Миддлтон ослабил галстук и кивнул.
– Идем, лучше покажу тебе все и сразу.
Адам сидел на парковке перед госпиталем и задумчиво постукивал пальцами по рулю. Пять минут назад он поставил машину между хэтчбеком серебристого цвета и белой «тойотой» с помятым бампером, возраст которой явно перевалил лет за двадцать, если не больше. Обычно Миддлтон придирчиво выбирал парковочное место – его машина всегда должна стоять так, чтобы никто ее не задел, солнце не нагревало приборную панель и чтобы рядом находились только те машины, хозяева которых не станут причиной возможной аварии из-за собственной халатности.
Но сегодня ему было наплевать. Управляя машиной в задумчивом полутрансе, Адам едва ли мог припомнить, играло ли что-то по радио и на скольких светофорах ему пришлось притормозить. В его голове все еще звучал голос Марии, пусть уже намного тише, но…
Глядя перед собой, он крепко сжал руль.
«Чтоб ее».
Этот день не мог закончиться так. Адам должен был ехать в офис, чтобы расследовать убийства, но вместо этого он собирался посетить больницу, чтобы проверить все ли с ним в порядке – в особенности с головой.
«Какой абсурд».
Адам упорно продолжал сидеть в машине, тратя драгоценное время и избегая собственного взгляда в зеркале заднего вида.
Вырвать бы разом эту злость с корнем из сердца и послать все к черту. Но в такие минуты он вспоминал только о том, как сильно облажался, когда пустил эту женщину в свою жизнь, из-за чего едва не потерял себя, утонув в водовороте манипуляций и подчинения. Но все же Марии не удалось стереть его личность под ноль, как она делала это со своими предыдущими бойфрендами. Адам смог выбраться, но не без последствий.
Он еще крепче сжал руль – до побелевших костяшек пальцев. «Чтоб тебя, Лео». Как не вовремя к этому состоянию добавилось и возможное легкое сотрясение. Но Холден был прав: лучше разобраться с этой проблемой здесь и сейчас. Хотя бы ненадолго и как минимум ради доступа в офис и к расследованию. А все остальные вопросы можно будет решить по ходу дела.
