Внезапно она почувствовала прикосновение и замерла на барном стуле, подумав: «Только бы не свалиться с него на пол». Мистер Не-Трогайте-Меня так спокойно и уверенно держал ее за руку, словно делал это регулярно и с удовольствием, а не напрягался при любом прикосновении.
– Ты…
– Спасаю нашу легенду, – объяснил Адам и подтянул Билли еще ближе к себе. – Мы же с тобой вроде как пару изображаем. – «Или пытаемся», – добавил он мысленно. Еще неизвестно, как вся эта шекспировская постановка выглядит со стороны. – Ты слишком часто смотрела в их сторону – они могли что-нибудь заподозрить.
Билли прищурилась и прошептала, указав взглядом на свою руку:
– Слишком страшно было?
– Самую малость. У тебя ведь неплохо удар поставлен, а моя щека еще от первого не отошла.
– Так для этого есть и другая щека. – Билли выдала ангельскую улыбку.
– На нее и была вся надежда, – усмехнулся Миддлтон. – Но спасение нашей миссии стоило такого риска.
Вздохнув с видом самой счастливой девушки на планете (а то и во всей галактике), Билли взяла Адама за вторую руку и мелодично промурлыкала:
– Как мне с тобой повезло, радость моя. С тобой и твоим синдромом супермена. Не знаю, где бы сейчас была без тебя и твоей греющей душу заботы.
Но Адам добил ее одним коротким предположением:
– В «Эль-Кастильо»?
Пауза.
Значит, его это все веселит? Конечно, он же просто умирал со смеху, когда нашел Билли в той подсобке.
«Теперь небось страшно гордится своим поступком. Вот ведь… павлин».
– Так и знала, что к этой очаровательной улыбке прилагаются хорошая память и раздутое самомнение, – расцвела Билли, меча молнии взглядом.
«Раздутое самомнение? У меня? – возмутился Адам. – Она Розенберга вообще видела? Или в своем дорогом женихе она не замечает ни одного греха, а все его уникальные раздражающие черты воспринимает как достоинства? Да наплевать».
– Слу-ушай, – не унималась она, – а давай, раз ты так славно вошел в роль, то и картошку фри закажем, и я буду кормить тебя с рук?
Кажется, кто-то сейчас докривляется.
– Боюсь, от такой нежности я и подавиться могу, – натянуто улыбнулся Адам и отпустил ее руки. – Но, если ты настаиваешь, пусть будет картошка. Только есть я ее буду самостоятельно.
Когда подошел Джош, Миддлтон сделал заказ и, проводив парня взглядом до двери на кухню, вновь повернулся к Билли. Но на этот раз обошлось без подколов и театральных улыбок.
– Ты в порядке? – негромко спросил Адам и посмотрел на ее все еще немного красное запястье.
– Что, прости?… – Проследив за его взглядом, она покраснела и быстро прикрыла остатки клевера связкой браслетов. – Все… нормально. Я в порядке, спасибо.
Очередной уход от ответа. Но это был не самый подходящий момент для таких личных тем, да и Адам не ожидал от Билли честного признания. Все же они знакомы не настолько хорошо, чтобы вываливать друг на друга свое прошлое и обсуждать полученные травмы.
– Отлично, – кивнул Миддлтон. – Значит, ты готова вести допрос Джоша.
– Ты серьезно? – охнула Билли.
– Абсолютно.
– Доверишь мне такое важное дело?
– Ты начала эту оперу – тебе и дирижировать оркестром. К тому же вы с Джошем успели найти общий язык. Уверен, ты справишься с этой задачей в два раза быстрее и в три раза изящнее меня.
С такими аргументами было сложно спорить.
Недоверчиво посмотрев на Адама, Билли приценилась к его словам, тону и взгляду, но, кажется, он говорил абсолютно серьезно. С ума сойти.
– Договорились, – шепнула Билли с довольной улыбкой. – Только есть одно небольшое «но»: мы не будем проводить допрос. Здесь тебе не офис, и это не одна из тех чудесных уютных допросных комнат. Мы, мой дорогой Ватсон, проведем дружескую беседу.
«Ватсон?» – почти оскорбился Адам, но возмущаться или спорить не стал: Билли уже успела разогнаться и теперь неслась на полной скорости в сторону назревающей «дружеской беседы» с Джошем. Или это он шел к ним в руки – с подносом еды и напитками.
– Смотри и учись, – прошептала Билли на ухо Адаму и повернулась к парню за стойкой.
– Ну как вы тут, ребят? Все окей? – поинтересовался он, выставляя перед ними двойную порцию картошки, несколько соусов и две банки колы без сахара. – Может, еще что-нибудь хотите?
– Нет, спасибо, все супер, – улыбнулась Билли. – Адам как раз говорил мне, в каком он восторге от этого места. – Немного подумав, она положила руку на плечо Миддлтона, пытаясь изобразить мягкий, заботливый жест. – Да… милый?
– Да, дорогая, – отозвался Адам.
Билли обвела помещение взглядом и грустно вздохнула.
– У вас тут очень классно – в сто раз лучше, чем на фотографиях. Но, если честно… я не сразу решилась приехать сюда. – Билли замялась. – Адам поэтому прилетел на день раньше – очень переживал за меня и мою безопасность. Он у меня такой, – с улыбкой взглянув на Миддлтона, она провела пальцами по его волосам, на секунду позабыв о переходе границ, но быстро опомнилась и вернула ладонь на плечо, – самый заботливый.
«Только бы не начать сюсюкать».
