Если обнаружишь у себя способность читать чужие мысли, смирись, тебя уже не спасти…Таких, как Ана, называют Проклятыми, их не принято оставлять в живых. Несмотря на несправедливость жизни, она всегда мечтала о счастливом и спокойном будущем, но, получив силу Тьмы, ей остается только пытаться выжить и не сойти с ума. Единственное, что не позволяет Ане расстаться со своим разумом раз и навсегда, — месть. Месть всем тем, кто издевался над ней, кто бросил ее, и кто хотел убить ее.Таких, как он, называют Святыми. И, вопреки всему, он протягивает руку помощи Ане, а она ее принимает. С этого момента ее жизнь зависит от него, но можно ли ему доверять? Он жесток, он хочет использовать Ану, он презирает человечество, но что делать, если при взгляде на него сердце девушки пропускает удар?
В начале было слово, и Слово было у Тьмы, и Слово было Тьма.
И была Тьма во тьме, и была она одна, и ничто чрез Нее не на́чало быть. И родился Свет, и все чрез Него на́чало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет людей. И Свет во тьме светит, и Тьма не объяла его.
И не была больше Тьма во тьме, была Тьма со Светом.
И узрели люди Свет, и возлюбили Его. И узрел Свет людей, и возлюбил их. И хотела Тьма, чтобы Свет узрел Ее, и возлюбил только Ее. Свет есмь — любовь, любовь есмь — Свет.
Слышала Тьма мысли людей, и были они мерзки.
И повели Тьма и Свет спор о том, благи ли люди. И был неразрешим он. И снизошел Свет к людям, как человек. И последовала Тьма за Ним. Она сказала: поверил Ты в тень. Позволил Ты людям видеть, но сам ослеп. Я буду ждать. И отказалась Она от памяти, чтобы забыть ненависть.
И пообещал Свет найти Тьму и поведать об их споре, если будет права Она. И сказал Он: да останутся Они навсегда среди людей, если прав Он.
Ана бежала сломя голову. Она не чувствовала ни пронизывающего холодного ветра, бьющего ей в лицо, ни камней, впивающихся в ноги, ни кровоточащих ран на спине, груди, бедрах.
Она стремилась убраться оттуда подальше. От места, которое она считала домом, от людей, которых считала семьей. Ана сворачивала в неосвещенные закоулки, стараясь скрыться от любопытных глаз. Пропойцы и пристрастившиеся к опиуму ничего не соображали и не замечали, а случайные прохожие, с кем она все же сталкивалась, сразу забывали увиденное.
Ана проскользнула через дыру в заборе и нырнула в единственное незаколоченное окно, находящееся вровень с землей. Рухнув на что-то мягкое, она осмотрелась. То немногое количество света, что проникало в окно, позволило разглядеть, что вокруг не было ничего, кроме ветхой мешковины, на которую приземлилась Ана, да гниющих листьев, занесенных ветром.
Ноги сами принесли ее в знакомый дом. В этом месте век назад произошел разлив Тьмы, поэтому местные считали его проклятым. Небольшое городское поместье так и не было достроено, дом пустовал и постепенно разваливался. Разливы происходили нередко, но не такой силы, и не с таким количеством жертв.
В тот день здесь еще была рыночная площадь. В праздник Великого Нисхождения ярко светило солнце, и народ вывалил на улицы, веря, что получит Светлое благословение. И вдруг началось безумие: один человек бросил камень в другого, завязалась потасовка. Двое начали драться, а затем кусать друг друга, все сильнее, остервенелее, отрывая плоть от костей. Один за другим, без веских на то причин, люди присоединялись к страшной драке. И вскоре рыночная площадь превратилась в кровавое месиво, которое не в силах была остановить ни стража, большая часть которых тоже подчинилась желанию пожирать ближних, ни подоспевшие Святые. Чтобы остановить кровопролитие Святым необходимо было найти Проклятого, чья Тьма вышла наружу, но в такой кровожадной толпе, где каждый имел на себе следы Тьмы, это сделать оказалось невозможно.
Погибло несколько Святых, прежде чем было принято решение о ликвидации. Выживших в этом происшествии не было, а источник Тьмы так и не нашли. Город, да и вся страна долго оправлялась от удара: вера в силу Света, а значит и в силу церкви, подорвалась. Простые люди в ужасе отказывались выходить из дома. Ходили слухи, что Проклятый, наславший безумие, жив, а некоторые утверждали, что никакого Проклятого и не было, что сама земля разверзлась, выпустив Тьму.
Сорок лет назад, когда, казалось бы, кроме подобных легенд, да пересудов ничего не осталось, один из мелких баронов выкупил участок земли по дешевке, надеясь застроить и продать втридорога. Но, совпадение ли, или злой рок, несчастья настигли барона в скором времени. Однажды на охоте он упал с лошади, повредив голову, разум его помутился, с тех пор он вел себя, как ребенок. Проблемы в делах не заставили себя ждать: растущие долги и, в конце концов, банкротство. Однако жители города верили, что барон никогда не падал с лошади, а все его беды были связаны с этим проклятым местом.
Ана посильнее укуталась в мешковину и усмехнулась от осознания злой иронии положения, в котором оказалась: «Может, земля здесь и правда притягивает Тьму?» Жесткая ткань немного царапала кожу, но это было лучше, чем ничего. Ана прикоснулась к ранам на спине, они почему-то болели не так сильно, как должны были. Ощутив под пальцами влажную, загустевающую кровь, у Аны внутри все сжалось.
Адреналин, защищавший ее сознание, пока она бежала, прекратил действовать. На нее нахлынули воспоминания, грудную клетку сдавило тисками, мерзкая щекотка разлилась по телу, подобралась к горлу, дыхание сбилось. Ане хотелось кричать, рыдать, биться в истерике. Но ни одна эмоция так и не покинула ее тело. Ей казалось, что сейчас по ее венам течет ненависть, и стоит открыть рот, проронить слезинку, как все выйдет из-под контроля.
