При первом же взгляде на него в душе Родригеса пробудился невольный трепет восхищения. Дворец выглядел, как и было задумано, непохожим на другие. Особенным! Сильно выступающие крылья обращенного к Адмиралтейству западного фасада образовывали парадный двор. Такое же архитектурное решение было и у восточного торца здания.
Северный фасад, обращенный к Неве, был богато декорирован двухъярусными белыми колоннами, воспроизводящими эффектную игру светотеней. Главный – южный – фасад, ориентированный на Дворцовую площадь, отличался тремя въездными арками. Светло-зеленая окраска стен выгодно контрастировала с белизной колонн. Декоративность здания еще больше усиливалась прихотливыми изгибами сложных карнизов и многообразными наличниками окон. В их композицию были включены головки амуров, львиные маски и причудливые завитки, характерные для стиля барокко.
Весь внешний вид когда-то царской резиденции призван сообщать о мощи и величии государства Российского.
Наш аэрокар на мгновение завис над Невой, лед еще не успел сковать реку, и сейчас в ее темных водах полностью отражался дворец. А мириады снежинок, кружащих вокруг и облепляющих его стены и окна, добавляли мистической интриги общей картине. И хотя за время его службы дворец еще больше расширили, достроили и усовершенствовали, все равно все хозяева пытались сохранить первозданный облик и дух России с тысячелетними традициями.
Каждый знал, что Зимний дворец строился, словно великий и могущественный город в городе, со своими кухнями, конюшнями, прачечными и своей личной армией – дворцовыми гренадерами и караулом из гвардейских полков. Все его здания соединялись между собой висячими переходами и залами, украшенными золоченой резьбой и бессчетным количеством зеркал. Зимний дворец даже в современном мире поражал размахом и воплощением величайшей архитектурной идеи.
По долгу службы и из-за происхождения мне часто приходилось здесь бывать. Пару раз я посещала и личный кабинет императора, расположенный на первом этаже. Бывала даже на третьем и четвертом этажах жилого крыла, где проживала вся царская семья.
Ходила и в музей, под который была отдана в свое время часть дворца, ведь простые люди тоже желали приобщиться к высокому искусству. Наверное, поэтому много лет назад один из императоров, стремящийся увековечить себя в молве народной, подписал указ о создании Эрмитажа – главного музея Российской империи, который активно поддерживала и содержала царская семья. Здесь были собраны богатейшие коллекции экспонатов и предметов искусства со всего мира.
«Сегодняшний Зимний дворец хранит память о разных эпохах и поражает причудливостью архитектурных фантазий даже моих современников. Кому, как не ему, хранить память о вехах истории, интригах и заговорах и даже о смертях престолонаследников? Наверное, больше об истории знает лишь корпорация…» – невольно размышляла я.
Восхищение и потрясение читались не только на лице Калеба, но и на лицах остальных гостей.
– Здесь живет император?
– Да, его императорское величество с семьей, – подтвердил Ратский.
– Кошмар, – пробормотал Калеб, остальные сочли за благо промолчать.
–
Услышав в голове ожидаемый вопрос, лишь улыбнулась.
–
–
–
–
–
От моего предположения, что он в принципе может это увидеть, Калеб вздрогнул, а я рассмеялась. Наши спутники с недоумением посмотрели на меня.
– Вспомнила забавную ситуацию, не обращайте внимания.
Не знаю, поверили мне или нет, но в этот момент двери большого зала распахнулись и нас пригласили на обед к императору и императрице.
Мы прошли сквозь три красивейших зала, являющихся произведениями искусства, прежде чем оказались около столовой. Здесь мы задержались в одном из помещений, поджидая императорскую чету.
Через какое-то время к нам присоединились гости резиденции: посол Иордании с супругой, двоюродный брат императора, представители нескольких дворянских семейств и еще несколько приглашенных.
Я видела, как нервничают и переглядываются гости, сама же смотрела на это со снисходительной улыбкой. Когда-то я так же стояла и нервничала в ожидании тогда еще неженатого императора Алексея Четвертого.
Когда пред нами предстала императорская чета, я не без гордости в который раз отметила, что у нас очень представительный монарх. Высокий, крепкий, широкоплечий. Волосы темные, глаза светло-серые, стальные. Недурен собою, но это скорее следствие уверенности в себе, чем какой-то особой внешней красоты. На шее заметен шрам от скользящего сабельного удара (в юности на императора было совершено покушение).
