— Сначала, мы должны подумать, каким может быть его следующий шаг. Мы должны выяснить, не открываются ли в ближайшие несколько недель спектакли…
Изабелла резко выпрямилась в кресле и прервала его:
— «Ромео и Джульетта». Это будет «Ромео и Джульетта».
Мне понабилось несколько секунд, чтобы понять, что она имеет в виду, но потом всё встало на свои места.
— Ну конечно! Когда мы с Изабеллой встречались с Фроманом, — взволнованно начал я, — он репетировал роль Джульетты с одной из актрис. Бьюсь об заклад, премьера спектакля состоится в ближайшие пару недель.
Алистер наклонился к своему портфелю и вытащил газету. Ему понадобилось несколько минут, чтобы просмотреть раздел театров.
— За следующие две-три недели пройдут несколько спектаклей: второго апреля — «Во всём виноват ты» в «Савойе», девятого — мюзикл Шуберта «Вихрь светских развлечений» в «Казино», шестнадцатого — «Оружие и человек» в «Лирик» и «Американский Лорд» в «Хадсон», а в этот четверг — «Ромео и Джульетта» в «Лицеуме».
— И сколько из них — постановки Фромана?
— Только две. «Американский Лорд» и «Ромео и Джульетта».
— Мы не станем сбрасывать со счетов остальные пьесы, но исходя из трёх предыдущих убийств, думаю, нам стоит сосредоточиться на премьерах Фромана.
Алистер задумчиво свернул газету. А затем, наконец, согласился.
Я повернулся к Изабелле.
— У нас есть копии каждого письма, написанного убийцей. Не посмотрите ли на них ещё раз? Может, мы что-то упускаем.
— Что именно мне следует искать? — спросила она, и её карие глаза наполнились беспокойством.
— Если честно, понятия не имею, — улыбнулся я. — Но я не сомневаюсь, что если там что-то есть, вы это сразу узнаете.
Я ещё раз взглянул на доску.
— Алистер, ты сможешь выяснить подробности по каждому спектаклю Фромана? Не будет лишним узнать имена задействованных в них людей, особенно актрис. И поспрашивай, может, кто-нибудь видел посторонних возле театра после репетиций.
— Конечно, — ответил Алистер. — Но, как я уже сказал, я полностью уверен, что убийца принадлежит к театральной среде.
Он поймал мой взгляд и поспешно добавил:
— Но я поспрашиваю, конечно.
— А я должен пойти по следу, который проигнорировал вчера.
Мы продумали план действий — и неплохой, как мне показалось.
Потом поблагодарили доктора Вольмана за помощь, договорились с Алистером встретиться сегодня вечером у него и разошлись каждый по своим делам.
Изабелла тотчас поймала извозчика до центра, а мы с Алистером пошли пешком через парк, направляясь на юго-запад.
— Нам предстоит многое сделать, готовясь к спектаклю в четверг, — говорил Алистер, — и я считаю, нам нужно начать с…
Но я практически не слушал его. Я хотел насладиться этим моментом.
Мы всё ещё понятия не имели, кого ищем.
Но мы добились значительных успехов: вполне вероятно, что мы смогли вычислить следующий шаг преступника.
Вскоре мы с Алистером разделились. Он направился в Вест-сайд, откуда должен был на поезде добраться до театрального района.
А я продолжил шагать на юг. Спустя несколько минут миновал уличного музыканта: он собрал немалую толпу, играя на саксофоне мелодию из недавнего мюзикла Джорджа М. Коэна.
Впервые с начала расследования я чувствовал, что мы на шаг впереди убийцы, а не наоборот.
И я наслаждался этим чувством всю дорогу до пансиона, где жила Молли Хансен, чью информацию я так глупо проигнорировал прошлым вечером.
Когда я проходил мимо парка на Вашингтон-Сквер, меня одолел голод, поэтому я решил, что вполне могу потратить пять минут на завтрак.
Я купил булочку с сосиской в фургоне на углу, яблоко у продавца фруктов и сегодняшний экземпляр «Таймс» у газетчика.
Перейдя дорогу, заметил не занятую никем скамейку, и устроился на ней; открыл газету в поисках статьи об убийствах в театрах, которую, без сомнений, Фрэнк Райли и Джек Богарти уже выпустили.
Просмотрел первую страницу: две статьи о пожарах в «Бюро Бенедикта» и на одной из станций метро, и ещё одна — про отца, который убил свою дочь накануне дня её свадьбы.
А затем я нашёл то, что искал:
«ХИЩНЫЙ УБИЙЦА, ВЫСЛЕЖИВАВШИЙ АКТРИС «ВЕЛИКОГО БЕЛОГО ПУТИ», ЗАДЕРЖАН В ОПИУМНОМ ПРИТОНЕ».
Статья, написанная гораздо более эмоциональным языком, чем это было присуще «Таймс» ранее, безмерно восхваляла Алистера. Если верить репортёрам, то только криминологические теории мистера Синклера, и ни что другое, послужили причиной своевременного ареста опасного преступника.
Да уж, Малвани будет рвать и метать, если увидит эту статью.
И, похоже, Алистер подружился с репортёрами, раз они написали о нём в подобном ключе.
Я был удивлён, что он смог настолько хорошо наладить с ними контакт.
Но каким образом они планируют опровергать собственную статью, когда будет доказана невиновность По? А я был уверен, что случится это со дня на день.
Их напыщенные похвалы заставили меня заподозрить, что Алистер оказался у них в долгу. И когда дело дойдёт до конфликта интересов, мне придётся осторожно выбирать сторону.
