— Отпустите заложников и сдавайтесь! Вам все равно не сбежать! — кричал в матюгальник капитан полицейского спецназа.
— Заткнитесь! Гоните мои бабки! Вы думаете я шучу!? Я вам покажу, как я серьезен! — кричал тот. прикрываясь журналисткой, а затем выстрелил в пол рядом с каким-то жирным светооператором и тот взвизгнул и схватился за лысеющую голову своими толстыми волосатыми руками.
— Хорошо-хорошо! Давай не будем совершать глупостей!
— Я тоже не хочу делать глупости! Но вы меня вынуждаете! — крикнул он с нервозным надрывом и глянул на часы.
"10:38, значит еще пару минут надо протянуть…"
— Дипломат с деньгами скоро доставят, не волнуйся!
— Вы просто тянете время! Учтите, каждый лишний час будет стоить жизни заложника!
— Хорошо-хорошо!
"10:39, ладно, надо бы уже валить…"
Тут он услышал, а затем увидел, что мимо окна на довольно-таки близком расстоянии летел вертолет и он решил.
"Пора!"
Он бросил репортершу в сторону полиции, а сам на бегу стал расстреливать обойму пистолета в прочное окно, а затем бросил туда стул и тот выбил таки стекло наружу и он под удивленными взглядами бросился в окошко и с разбегу оттолкнулся от стены и запрыгнул прямо внутрь раскрытой кабины, где сидел снайпер, который аж вылупился от такой неожиданности.
— На выход! — крикнул Конрад и схватив того за шкирку выбросил наружу и тот громко и панически заорал, падая с высоты четырехсотых этажей вниз мимо дорог.
Конрад сел рядом с пилотом и нацелив на того взятый из кобуры снайпера пистолет сказал.
— Гони!
— Куда?!
— За стену, куда еще-то!?
— Понял…
И они полетели на юг, а вслед за ними погналась почти вся столичная эскадрилья. Спецназовцы только и могли, что смотреть раскрыв рот в разбитое окошко, капитан про себя отметил, что снайпер таки додумался раскрыть парашют, а также подметил раненного мужчину.
— Медики! У нас раненный! — крикнул он и продюсера эвакуировали, а репортеры только и могли, что с облегчением вздыхать, пытаясь осознать произошедшее.
Тут в офис забежал потный толстый мужчина в пиджаке со значком переговорщика с кейсом и утирая пот сказал.
— Вот десять миллионов! Осталось только вертолет найти… А что это вы на меня так смотрите?
Синди раздраженно вздохнула.
— Понятно все…
— А тут такое часто происходит? — спросила мама.
— Да не то чтобы… хотя бывает… — ответила Синди.
— Хоть какое-то развлечение! — сказал я улыбаясь и глядя на летящие по небу звенья вертолетов.
— Твоя очередь. — произнес Талос.
— Да, я знаю.
— Да хранит тебя Карос!
— Идущие на смерть да будут благословлены! — произнес Соккар и проверив боеприпасы пошел в сторону полицейской штаб-квартиры.
Он вышел из грузовика, который стоял на остановке на четырехсотом этаже и взорам всех явился воин в грубой угловатой силовой броне со следами ржавчины, который нес перед собой здоровенный пулемет с подствольным гранатометом.
Сперва никто не понял, что вообще происходит, кто-то даже решил, что это фильм снимают, но когда он без всяких предисловий просто и без затей выстрелил из подстволки в сторону здания полиции осколочную 40-мм гранату и та взорвалась в дверях, тут же поднялась тревога и из огромной цитадели правосудия тут же стали выбегать бойцы с легким вооружением.
Они прятались за легкими автомобилями и в большинстве своем у них были только простенькие кевларовые броники да пистолеты, которыми они и начали палить в его сторону.
"Хмф! На что они рассчитывают? Их пульки меня даже не поцарапают!" — ухмыльнулся Соккар, радуясь тому, что им удалось надыбать в закромах одной из банд простенькую силовую броню боевиков Синдиката — конечно она была не чета настоящей силовой броне, но даже этого хватало, чтобы ощутить себя почти неуязвимым, — так, что там надо-то было? Ах да, моя линия…"
— Шеф полиции Барсученко! Я не прощу тебя! Ты посмел обесчестить мою дочь! Я никогда не прощу тебя за это и я убью всех, кто посмеет встать у меня на пути! — кричал он и его усиленный и обработанный динамиками электронный голос стал разноситься далеко окрест.
— А, чего!? О чем это он!? — все были мягко говоря в непонятках после таких заявлений.
— Я никогда вам этого не прощу! Мария, ты будешь отомщена! — кричал он, а затем начал палить из пулемета…
ТРА-Т-А-ТАТ-АТ-АТА-Т-АТА-ТА!!!
— Бу-э-э!!!
— Кхаркх!!!