Я боюсь. Дневник моего страха полностью

Кое-чему я уже научилась: противостоять тупой агрессии. Научилась не бояться и не стесняться говорить дураку, что он дурак, а мерзавцу – что он мерзавец. И даже – о чудеса! – давать сдачи. Не физически, разумеется, хотя, наверное, уже тоже смогу. Я не боюсь. Для меня это огромное достижение! И я счастлива. Неужели когда-нибудь я смогу окончательно справиться со страхом?

Есть еще один кошмар, который преследует меня с детства, часто отравляет жизнь многим девочкам, а потом и подросшим девушкам… Этот страх может не кончиться и у взрослой женщины. Впрочем, не совсем так… Страха как такового уже нет, но с годами он превращается в не менее гадкие вещи: комплекс женской неполноценности, ощущение себя грязной – в общем, целый букет чувств, делающих жизнь несчастной, постылой.

Я имею в виду сексуальные страхи… Возможно, мужчины даже не представляют себе, насколько разными, причудливыми и мучительными могут быть эти девичьи-женские кошмары, а возникают они вовсе не на пустом месте.

«Мне кажется, что корни неприятия себя как женщины у меня растут не только из родительской семьи, но и из особенностей педагогики на советский лад. Во-первых, была у меня «воспиталка» в детском саду, которая, если кто-то из детей шумел в тихий час, раздевала ребенка догола, завязывала ему глаза, ставила на подоконник и уходила. Со мной никогда такого не проделывали, но один только мучительный страх, что могут, превращал мою жизнь в ужас. А с одним моим знакомым так поступали не раз. Он рассказывал, что мучительно страшно и стыдно было вот так стоять перед всеми. Его детсад был в другом городе. Значит, «педагогический» прием этот применяли повсеместно, что ли?

А как издевались над нами взрослые бабы-«воспитательницы» в пионерских лагерях! Честно, встретила бы сейчас кого-то из них – просто избила бы. Нам было лет по 10—11, и что выдумывали эти идиотки! Если кто-то в тихий час болтал, шумел, они выставляли девочек в одном нижнем белье в палату мальчиков. Ну, или в качестве «акта милосердия» – просто в общий игровой зал (куда опять же могли заглянуть мальчики). На хрена? Извините, но других слов нет! На хрена было глумиться? Ломать детскую психику – это просто садизм! Я, как только вспомню, у меня комок в горле… ненавижу этих дур, ненавижу!..

Как они вбивали нам в голову, что быть женщиной стыдно! Мне повезло, мне на самом деле повезло – я в середине сезона сломала руку, и меня отправили в изолятор. «Воспиталки» приходили и просили меня не писать маме, что я сломала руку, ведь мама будет волноваться. Еще бы! Любой родитель начал бы волноваться, звонить в лагерь, а то и устраивать разносы… Правда, сомневаюсь, что моя мать стала бы это делать.

Сейчас вспомнила, и сердце колотится… Никто эти вещи не признает за насилие, а ведь это было самым настоящим насилием».