Годам к десяти я уже точно знала, что нужно всегда терпеть и не жаловаться. Я перестала жаловаться и научилась терпеть. Терпеть любое неудобство, любую боль и даже не думать о том, что можно и нужно сделать так, чтобы перестало быть неудобно или перестало болеть.
Это превратилось в полный маразм! При любой, даже очень сильной боли я не принимаю лекарство до последнего. Не спрашивайте меня почему! Я не знаю. Знаю, что мозг мне быстро выдает команду терпеть. И я его слушаюсь.
Несколько лет назад мы сели с Женей обедать, и он вдруг увидел, что я сижу на самом краешке стула в жутко неудобной позе. «Сядь удобно, откинься на спинку», – сказал он, а я молниеносно и с удивлением отреагировала: «Зачем?» Потом мы оба долго смеялись – ну форменный же идиотизм! Зачем сидеть удобно, на самом деле? Нужно так сидеть, чтобы спина затекла, а сиденье стула безжалостно врезалось в ляжки. Конечно, можно и посмеяться, но «фишка» в том, что и по сей день я именно так сажусь на стул. И лишь усилием воли у меня получается сесть нормально, как все люди, чтобы было удобно.
Я терплю врезавшийся в кожу крючок от лифчика. «Что ты морщишься?» – спрашивает муж. Я объясняю. «Выброси его. Купи новый, удобный.» – «Ничего, я потерплю». Женя смотрит на меня с сочувствием: «Зачем?» Да уж, тоже мне – страстотерпица. Самой противно.
Мне на самом деле противно. Сама себе напоминаю какую-то православную ханжу, убежденную в благости страданий. Так ведь нет! Я всегда слежу за тем, чтобы моим близким было удобно, чтобы родные люди вовремя принимали таблетки и не терпели боль. Злюсь ужасно, если отмахиваются! А сама… Представляю, как я могу этим раздражать. Но это уже почти условный рефлекс: больно – терпи. Интересно, можно ли в моем почтенном возрасте поломать этот рефлекс?
Новый друг А:
Самые «любимые» привычки можно из себя изжить в течение 40 дней.
Попробуйте каждый день делать себе удобно, и все получится.
Новый друг Д:
Элементарно, Катерина. Развитая «терпелка» вам нужна была, чтобы выжить. Это просто инстинкт самосохранения. Какое-то время он вам помогал, но потом ситуация изменилась, а способы реагирования – нет.
Я:
Думаю, что маниакальное желание терпеть во что бы то ни стало – это была подспудная попытка стать хорошей и достойной. Ведь я была «неправильной» и «неудачной». Так пусть хоть это будет во мне «правильным» – буду уметь терпеть, как партизан на допросе у фашистов, до самого «победного» конца, даже если сдохну. Грустно это все… Тоже мне достоинство…
С:
