Я тоже шагнула ближе, изучая полотно. И вынуждена была согласиться с писателем, действительно, очень красиво. Продолжая разглядывать картину, а в частности то, как лев крепко и эгоистично держит обнаженную девушку, я вдруг отчётливо представила нас со Львом на месте изображенной пары. И почувствовала неожиданную взбудораженность, похожую на лёгкое возбуждение: губы пересохли, напрягшаяся грудь заставила меня вздрогнуть и выпрямить спинку, а ладошки вспотели…
Что же это такое, Дашка? Тебе так не терпится воплотить задумку художницы в жизнь? Ведь с прошлой картиной, моим портретом с маской, Жанка попала в точку… Как провидица, как предсказательница моего будущего…
- О чем задумалась? - спросил у меня Лев, взяв под локоток. Я перевела взгляд на Майского и, мимолетно улыбнувшись, уставилась на бархатные губы писателя. Мне так захотелось их поцеловать. Жадно, ненасытно… Бесстыдно. И тут же раствориться в ласках, отдаваясь в его нежные руки.
- Тебе тоже нравится?
- Да, - коротко ответила я и отвернулась к картинам, пытаясь унять нахлынувшее страстное волнение. Но левая рука Льва продолжала держать мой локоть, удерживая тем самым не только мою руку, но и возбуждение.
- Мне кажется, твоя подруга дала нам явный намёк… - шепнул мне на ушко Майкий и вдруг отпустил меня, но тут же обнял за талию, прижимая плечом к своей груди. И этим самым плечом я почувствовала, как часто бьётся сердце Льва… Дашка, его что, тоже так взволновала эта картина?
- У неё богатая фантазия, - ответила я. Лев, соглашаясь, кивнул и протянул мне свою вторую руку с бокалом. Я чокнулась об него своим и, тяжело вздохнув, сделала глоток коньяка. Он скатился по горлу, обжигая и наполняя грудь ещё более сильным жаром. Майский тоже глотнул, продолжая обнимать меня за талию, притянул к себе и неожиданно поцеловал.
Вкус его губ перемешался со вкусом коньяка, опьяняя сознание и провоцируя на более эротические мысли. Перед моими закрытыми глазами стояла Жанкина картина. Причём, не просто стояла, она плавно оживала: лев опасно ласкал девушку когтистыми лапами, оставляя на ее белой коже красные царапины, и, жарко дыша, лизал её плечи и грудь влажным, шершавым языком. Девушка же обездвижено застыла на месте и испытывала двоякие чувства и ощущения – страх перемешался со страстью, боль с удовольствием, испуг с желанием… Я вдруг охнула, открыла глаза и встретилась взглядом с целующим меня мужчиной. Он смотрел на меня рассеяно, получая особенное удовольствие от нашего поцелуя и вырвавшегося из моих фантазий оха. Лев остановился и, погладив меня по щеке, тихо произнёс:
- Даша, да ты вся горишь…
- Это все коньяк, - отстраняясь, ответила я. - У меня всегда на него такая реакция.
- Жаль, - он грустно улыбнулся. - А я думал, что это я и наш поцелуй.
Я улыбнулась в ответ:
- И это тоже… - не стала скрывать.
Мы одновременно потянулись друг другу за ещё одним поцелуем, но нас остановил мужской голос, раздавшийся за моей спиной:
- Лев! - я обернулась и увидела светловолосого мужчину. Он стоял, сунув руки в карманы широких брюк, и криво улыбался. - Вот так встреча.
- Костя! - искренне обрадовался Лев. - Надо же, кого-кого, а тебя я здесь увидеть никак не ожидал, - Лев посмотрел на меня и тут же представил нас друг другу. - Знакомьтесь, это Константин, мой бывший однокашник, а это Дарья, моя девушка.
”Моя девушка”, - повторила я мысленно, тая от этих слов… Он это сказал? да? Девушка… Его… Как приятно!
- Ты ж вроде в Москву перебрался? - спросил Майский у Кости.
- Да вот вернулся родных навестить.
- Надолго?
- Недельки на две…
- Извините, - влезла я в их диалог. - Лев, я отойду тогда пока, мне с Жанной поговорить надо, - Лев кивнул, нехотя выпустил меня из объятий, и я, отойдя от неожиданно встретившихся друзей, принялась искать глазами хозяйку квартиры.
В гостиной её не было. Тогда я отправилась на поиски художницы и сначала заглянула на кухню. И не ошиблась, Жанка стояла возле стола, мешая что-то в белой кружке.
- Вот ты где, - сказала громко, Жанка на меня обернулась, а я зашла, подошла к столу и присела на деревянный табурет. - И что ты здесь делаешь?
- Чай завариваю, - ответила она. - Чего-то он у меня быстро заканчивается.
- Да уж, - усмехнулась я. - Похоже ты единственная, кто на этом “чаепитии” действительно пьёт чай.
- Не поверишь, я если бы и хотела выпить коньяка, то не смогла бы. Я пока его в самовар переливала, меня от запаха чуть не вырвало.
- Поверю, - кивнула я. - Это нормально. У беременных меняется вкус, обостряется обоняние. Токсикоз тот же…
- Ужас, Дашка. Противно даже представить.
- Это нормально, - настойчиво повторила я.
Жанка разбавила чай водой и перелила его в бокал.
- Где Лев? - спросила она.
- Однокашника встретил, - ответила я, художница кивнула и присела рядом.
- Я рада, что у тебя все хорошо, - сказала Жана тихо и тяжело вздохнула. - Вы отлично смотритесь вместе.
- Правда?
-Да. Особенно когда целуетесь.
Я смущенно опустила лицо. Мне стало вдруг неудобно перед подругой. Моя личная жизнь налаживается, а в ее творится пока нечто, мягко говоря, малоприятное.
