Я отсалютовала ему бокалом, мысленно пожелала побольше сил этой ночью и отвернулась.
Вот же бабник!!!
С усилием вынырнув из воспоминаний двухлетней давности, я перевернулась на другой бок и вздохнула.
В тот день я поняла, что он не только наглый поганец, но и интересный человек, а еще — гениальный музыкант. Сколько же у него граней?..
Уже тогда я уходила настроенная по отношению к Ярру более благодушно, чем раньше. Жаль, не знала, что продлится это недолго.
После бессонной ночи, наполненной воспоминаниями об одном синеглазом гаде, зазвонивший с утра будильник стал врагом номер один. Со стоном вырубила крикуна и стала переползать через кровать, которая за ночь превратилась в подобие гнезда. Постельные принадлежности комком лежали на одной стороне кровати, я же спала на другой. Пришлось преодолевать эту полосу препятствий.
Нужно взбодриться, нужно-нужно!
Контрастный душ помог рассеять сонливость и настроить на рабочее настроение. Вышла в спальню с огромным желанием глобальных свершений, потом, решив начать с малого, сперва направилась к кровати, дабы привести ее в порядок. Но на полпути остановилась, приметив поверх «гнезда» яркий конверт, который при свете переливался всеми цветами радуги.
Ярко, кричаще... ни единого шанса проигнорировать послание. Отправитель знал толк в акцентировании внимания своего абонента...
Медленно, будто к результату неизвестного магического эксперимента, который мог взорваться от любого резкого движения, подошла к кровати. Осторожно, двумя пальцами подняла конверт за самый край уголка и прочла надпись: «Леди Миррайне Ситрелин». Почерк аккуратный, с симпатичными завитушками и вензелями по всей стороне конверта.
Фух, я этот почерк ни с каким другим не спутаю. Такие вензеля только Хранитель Грез оставляет. Только в постель он мне письма раньше не подсовывал, потому и растерялась!
Вскрыла конверт и вынула оттуда небольшой квадратный лист, на котором лаконично значилось:
«Завтра. Два часа дня. В читальном зале Императорской Библиотеки».
Да... Краткость — сестра таланта. А уж в том, что Грезы талантлив, сомнений не было. Ведь невозможно быть Хранителем такого направления и не быть при этом одаренным.
Сердце очень быстро начало отстукивать ритм и пытаться пробиться сквозь грудную клетку от возбуждения. Руки задрожали, и я выронила записку с конвертом. Никак не ожидала, что встреча может состояться так скоро.
Желание перевернуть мир пропало и кровать осталась не заправленной. К тому же, пока одевалась, волновалась настолько, что умудрилась часть одежды надеть наизнанку. Пришлось переодеваться. Завтракать тоже не стала, так как в горло и кусок не лез.
Ничего, позже на работе перекушу чем-нибудь.
Уложила волосы, надела очки и немного подкрасила бледные губы. Что-то я уж сильно разволновалась. Ведь ничего страшного не произойдет на встрече? Однако тот фат, что придется встречаться именно с этим Хранителем и волновал. Больно уж непредсказуем был Грезы. Про него рассказывали множество небылиц, но его вид не отрицал их, а наоборот, рождал новые.
Я встречалась с ним раньше, но один на один никогда не оставалась. И вот теперь... И страшно, и нужно, и необходимо. Ведь если сможет мне кто-то помочь, то только он.
Накинула плащ, подхватила зонтик и покинула дом. Надеюсь, любимая работа сможет меня отвлечь.
Однако это желание не сбылось. Весь день у меня все валилось из рук, по рассеянности расставила книги не в своих категориях, умудрилась уронить очень старый, в единственном экземпляре, трактат, который пришлось восстанавливать при помощи специальной магии, а для этого вызывать сварливого Реставратора, который владеет этим даром практически идеально. В общем, день был ужасен.
Я плелась по вечернему городу домой, не замечая ничего вокруг. Этому факту способствовал сильный дождь, практически ливень. Струи воды, падающие с неба размывали очертания мира за пределами моего зонта.
Как хорошо, что Мидьяр сегодня не появлялся. Чтоб окончательно вывести меня из равновесия, вернее того, что от него осталось, не хватало только его присутствия.
При мысли о Мидьяре как всегда стало одновременно и сладко и больно.
А еще, помимо воли на периферии сознания все равно слышался ковартный шепоток. Да-да, тот самый, который призывал очертя голову броситься в объятия музыканта и будь что будет!
Ведь уже очевидно, что у него серьезные намерения, разве не так?
Я досадливо поморщилась и едко ответила сама-себе, притом даже вслух буркнула:
— Нет, не так.
Если бы у Ярра действительно были серьезные намерения, то он бы не меня совращал, а пошел к моим родителям, поговорил с Альери, и так далее... Не знаю, что конкретно делают мужчины в таких ситуациях!
Но уж точно не пытался бы затащить в омут чувств, чтобы потом, не иначе как оставить меня разбираться с последствиями!
В общем пусть этот поганец катится ко всем демонам нижнего мира! Не смотря на то, что у меня тоже есть к нему чувства...
