–Ваше Величество,– Агнес изобразила книксен, я чуть задержался с поклоном, манеры мои отнюдь не улучшились в связи со всеми перенесенными злоключениями.
–Баронесса, я украду ненадолго у тебя твоего... графа.
Нет, она не сказала, твоего мальчика, но улыбка была такая... Я в самом деле ощутил себя эгоистичным, несдержанным ребенком. В тот момент я понял всю глупость своего проступка.
–Граф,– начала она уже без улыбки,– Приговор: "Измена" – это смертная казнь. Без вариантов. Единственное послабление можно выбить – последнее желание, и пожелай ты быстрой смерти, казнь будет безболезненной.
В таком случае, Ласковая смерть, я желаю тебя. Нет, я не сказал этого вслух. Все на что я был способен в тот момент: слушать и смотреть на ее влажные, блестящие, словно после поцелуев, губы.
–Недавно узнала как казнят в Империи за измену. Представь: помост, два столба с перекладиной, барабан и лебедка. Дракону, в истинной ипостаси, накидывают петлю на шею и заставляют взлететь, протыкая копьем самые чувствительные места. Трос накручивают на барабан, сменить ипостась он не может, адеминовый ошейник – знаешь, что это такое? Лучше тебе это и не знать! Так вот: приземлиться дракон не может тоже. Казнь растягивается надолго.
Я вздрогнул и опустил глаза. К чему она об этом, неужели то, что говорят правда: от нее не укрыть ни одной мысли? Даже той, что еще не родилась в голове?
–Не надо бояться, граф, мы не в Империи. Встань на колени!
На колени я рухнул.
–Опусти голову!
Чью именно руку имела в виду баронесса я понял, когда она откинула с затылка волосы и приложила свои пальцы. Они были мягкими и теплыми. Нежными. Это прикосновение было лучшим, что со мной произошло за последнее время. А когда полыхнуло, пробило болью все тело и тоскливо заныло сердце, я мысленно простился с Катрин.
–Это не конец, граф, а начало. Встаньте.
Слабость от пережитого не позволила исполнить приказ тот час же.
–Страху нагнала изрядно, вижу. Поэтому скажу сразу – наказание твое откладывается. На какой срок? Возможно, до помилования. Но чтобы оно случилось, тебе нужна малость – послужить короне и доказать, что "Измена" не твой случай.
Я ничего не понимал. Поэтому продолжал внимательно слушать.
–Мое клеймо запечатало твои возможности демона, оттого и слабость, которую ты чувствуешь. Но для тебя это не залог службы. Не кара. Скорее необходимость. Печать скроет твои возможности и происхождение.
А потом она коснулась своими губами моих.
–Зачем ты покушался на принца?– прошептала она.
Губы ее были горячее моих, как раскаленные угли и я пытался их остудить. Я забыл все, что она говорила и спрашивала и если бы она, моя королева, сказала сейчас: "Умри", сделал бы это не задумываясь.
Потом она мягко выпуталась из моих рук и отстранилась.
–Август заслуживает хорошей трепки,– наконец, сказала она и устало прикрыла глаза.
Кто такой Август, при чем тут он? В тот момент я даже не понял.
–Ох граф, держи себя в руках, последнее испытание.
Тот поцелуй был первым, но не единственным даром. Она подарила мне жизнь. Вот, что я понял когда оказался в покоях принца Адалии.
Удивительным образом объект моей ненависти воспринимался теперь как "Ее брат", во всяком случае, смотрел я на него именно так. А он прожигал меня воистину ревнивым взглядом.
–Ники!– возмутился принц.
–Август!– королева осадила его по-королевски, одним словом и ласково, уже мне:
–Садись, граф.
И снова ему:
–Узнаешь?
–А должен? Еще один фаворит? Новый оруженосец, секретарь, романист? Или поклонник, воздыхатель? Где ты его подобрала? На какой помойке? Хотя бы приодела, для начала. И какого плешивого драконы ты вваливаешься в мою спальню с этим пугалом?
Мне все это тоже было интересно, но я бы не посмел королеве задавать вопросы в таком тоне. Даже будучи ближайшим родственником.
–Объясни мне с графом, пожалуйста, как в твою спальню попала горничная камергера и едва не перерезала тебе, в собственной постели, глотку, как хряку? Как она прошла в твое крыло, минуя защиту, пронесла лезвие и смогла воспользоваться моментом, чтобы пустить тебе кровь? Ты даже не успел отреагировать.
Лучше бы она спросила это у меня.
–Я отреагировал... Ники, что ты от меня хочешь?
–Удостовериться, Август, что ты необратимый идиот! Тебя сколько лет натаскивали действовать именно в таких ситуациях?
–Граф,– теперь она обратилась ко мне,– А почему ты не дорезал его до конца?
Ужаснулся совершаемому? Принц, что ни говори, оказал сопротивление? Дрогнула рука?
–Я не хотел его убивать,– ответил искренне, так оно и было.
Принц, эльф его забери, был ошарашен больше моего. Королева во всю наслаждалась, судя по оскалу улыбки. Я сказал то, что должен был сказать демон благородного происхождения:
–Ваше Высочество, простите меня. Я раскаиваюсь в своем поступке.
Он просто отмахнулся от моих слов. Ники-Августа, своеобразная игра с ней, занимала его гораздо больше.
–Ты тут причем? Да, я притащил служанку, не знаю, что на меня нашло, она сама хотела, была не против. Потом эта невменяемая дура накинулась на меня, почти сразу, ничего я ей не сделал, пальцем не тронул.