Это дало мне возможность немного прийти в себя и задать волнующий меня вопрос:
–Что это значит: "Любой принц захочет поиграть?". Я похожа на игрушку? Или ты обо мне такого мнения?
–Ты и есть игрушка! Для эльфов люди – ничто, пустое место, а значит никаких правил, ограничений! Желаешь лично в этом убедиться?
–Но Владыка серьезно настроен на союз своего сына, и именно – с человеком!
–Ты права! Только сынку его претит подобный союз, а добродушием Лиан никогда не отличался. Он пойдет на все, чтобы девицы сами отказались от брака, поверь, из затеи Владыки ничего не выйдет, если, конечно, уже заранее не выбрана невеста. Тогда ей можно только посочувствовать.
На это я рассмеялась, тихо так, в душе: глупый Одан! Я вовсе не стремлюсь к этому браку. Как и бедолага принц Лиан. А раз наши цели совпадают, то и договориться мы как-нибудь сможем!
–Чему радуешься?,– заметил мою невольную улыбку Кирелли.
Пришлось импровизировать на ходу:
–На самом деле – очень рада видеть тебя. И спасибо, что вовремя появился. Ощущения были как в аду, думала – изжарюсь на месте. Тут ты, буквально спасаешь меня!
–Скоро приедем. Я снимаю за городом домик. Там сможешь привести себя в порядок и переодеться.
Мне показалось, или я его смутила? Но больше, пока экипаж не остановился, Кирелли со мной не разговаривал.
То, что он назвал "домиком" оказался особняком, подъезжали мы по центральной дороге, сквозь парк стриженных причудливым образом фигур.
–И сколько стоит аренда этого "домика"?– поинтересовалась я.
–Не дороже содержания королевского дворца,– с долей иронии получила ответ.
На это мне нечего было сказать. Рядом с Кирелли я чувствовала себя, мягко говоря – неуверенно. Словно он принц, а я простолюдинка! И еще мне хотелось снять пропахшее потом дорожное платье. А потом – можно и разговоры вести, и все остальное. От мыслей про все остальное вновь кинула в жар. Что же это такое со мной происходит?
–Одан,– позвала я.
–Да?
–Я боюсь. Себя боюсь и того, что могу совершить. Или не совершить. Понимаешь?
Экипаж уже остановился, лакей распахнул дверцу, Кирелли подал мне руку.
Ввел в дом. А на вопрос так и не ответил.
Магию воды я оценила. В небольшую купальню попеременно подавался: то горячий пар, то прохладная вода. Потом все забурлило! И массируя, обволокло пузырями все тело. Моя усталость, вместе с потом сошла на нет. Но я не торопилась покидать купальню. Все мои вещи у Фейки, будь она здесь, уж, несомненно, разыскала бы меня! Да и облачиться в любое из платьев «От Марека», я без нее не смогу.
Плавая в пузырях я блаженствовала, пока не заметила Кирелли. И как долго он наблюдает за мной?
–Ты что-то хотел?– получилось как-то излишне игриво, поэтому добавила более сухо,– Мои вещи прибыли?
–Нет еще.
Интересно – почему? Но об этом я узнаю у Феи.
–А прибудут?– теперь вышло кокетливо, и я на себя рассердилась.
–Всенепременно,– заверил меня Кирелли,– Когда-нибудь... Вылезать не собираешься?
Собираюсь, но что ты тут забыл? Хотя, мне ли – человеку благородного происхождения, тушеваться перед простолюдином? Да и чего стыдиться? Красоты своего тела?
Я привстала. Кирелли ничуть не переменился в лице. Даже не смутился.
–Выйди, пожалуйста,– приказала я копируя Ники-Августу,– И вели подать мне одежду. А после я желала бы выпить кофе. Надеюсь, тебя не затруднит распорядиться?
–Затруднит. Здесь, кроме нас, никого нет. Жду тебя в гостиной.
Увидел он, видимо, достаточно, чтобы подогреть свою фантазию... О, Хаос! Элизия, о чем ты только думаешь?.. И почему было не попросить у него полотенце?
Я вышла из купальни и прошлепала в то помещение, где раздевалась. Платья моего не было, как и всего остального. Зато имелась стопка полотенец и явно мужская рубаха. Ни штанов, ни других дамских мелочей к ней не прилагалось.
"Отлично! То, что выше колен он уже разглядел. Пусть теперь полюбуется коленками и ниже. Одан Кирелли! Если в твои планы входит так примитивно меня соблазнить, боюсь, ты сильно разочаруешься в итоге!"– размышляла я, пытаясь справиться со всеми этими мелкими пуговками, пока меня вдруг не пронзила боль!
Резкая, острая прошила живот, словно насквозь, и согнула пополам так, что не отдышаться. А потом накрыло тревогой: "Кирелли!".
Оставив в покое пуговки на рубахе, я помчалась, заглядывая во все помещения:
–Одан!
Он лежал практически на пороге, руками зажимая рану на животе. Я... растерялась. Видеть истекающего кровью Кирелли было до ужаса неприятно, и что-то надо было делать! Как-то остановить эту кровь. Не придумала ничего лучшего, как сорвать с себя рубаху и попытаться перетянуть рану, крови вытекло из него столько, что уже образовалась под нами целая лужа. А потом я накрыла его руки своими, что еще я могла сделать? Приложила голову к его груди. Сердце билось, и он дышал. А потом вплелись посторонние звуки: цокот копыт, лошадиное фырканье, скрип рессоры и крик: "Элизия!".
–Фея? Наконец-то, помоги!
–Ты ранена?
Я оглядела себя – без одежды, вся в крови:
–Не я. Он! Ты понимаешь что-нибудь в лекарском деле? Мне он нужен живой!
Она посмотрела на меня... странно посмотрела.