Газеты в нашу глухомань попадают, хоть и с опозданием, а Кирелли всегда был любимым персонажем у хроникеров. И его портреты пользовались неизменным успехом у дам. Не зря, рисовальщики его ничуть не приукрашивали. Он действительно был монументально силен, властен, красив и загадочен. Не то, что бы от одного его взгляда можно упасть в обморок... это скорее художественное преувеличение. Мои колени не подогнулись, стадо мурашек по спине не пробежало. Бабочки в животе не летали и наслаждаться танцем мне не мешали. Как и ему – первому советнику короля, не мешали все его регалии и достоинства, туго обтянутые гульфиком. Извините, выросла я в деревне, иногда вот прорывается.
Элизия замолчала чтобы перевести дух. Затем продолжила:
–Да, красота его была не для практического применения. Поэтому, когда меня любезно пригласил еще на один танец, я напомнила себе, что во-первых: я внучка того самого; во вторых: Кирелли много старше самого короля, хоть и выглядит моложе; в третьих: он не просто стоит у того за спиной, нашептывая свое в ушко, он – единственный практикующий маг королевства, а ныне первый советник короля. Если верить газетам. Но приглашение приняла.
"Элизия Роз Латтер",– произнес так, словно мое имя леденец на палочке, а он прямо помрет, если его не полижет.
"Элизия...",– повторил еще раз, почти в губы.
Очень сладкий леденец. Но я не конфета, от его голоса не растаяла.
"Одан Кирелли?"– сладко пропела ему в ответ.
Смаковать его имя не стоило, хотя бы из того соображения, что к аристократии советник короля ни каким боком не относился. Раньше, такие как он обслуживали элиту и королевскую семью, но с тех пор многое изменилось. Маги из королевства бежали, да и у нашего семейства осталось только имя, наследственная гордыня и побрякушки, с которыми маман расставаться не желала. Семейные реликвии, именно.
"Что ты делаешь на этой ярмарке невест, Элизия?",– спросил он меня.
Вот так! На ты, по имени и весьма нетактично.
Я ответила ему в тон:
"Пытаюсь поймать женишка, Одан".
"Дела Вашей матушки настолько плохи?".
"Дела моей матушки хороши настолько, насколько она пожелает",– говорю холодно.
Намек на короля он считывает сразу:
"Я не могу позволить вернуться вашему семейству в столицу".
"Нам нужно Ваше позволение?".
Смотрю прямо в глаза. Все что можно, мы давно потеряли. Что еще он может мне сделать?
"Я многое могу",– вкрадчиво говорит, и это не звучит как угроза.
Маг – менталист, газеты не врали. Вот только и у меня такие же способности, а экранироваться от воздействия училась чуть ли не с пеленок. На учителей маман некогда не скупилась. Спать я могла лечь голодная, но в соответствии с этикетом.
–Постой!– пришлось мне прервать ее повествование,– Насколько ты сильный маг– менталист?
–Как оказалось – слабенький. Вернее будет сказать – не достаточно обученный маг. Здесь я на первом курсе. Дома меня натаскивали в основном на защиту. Мысли пока не читаю.
Я вздохнул с облегчением. К ментальной магии в последнее время я относился с настороженностью, если не сказать – с предубеждением. И предпочел бы с менталистами не связываться. Но мое мнение здесь мало кого интересовало. "В конце концов, это их забота, чтобы наши способности сравнялись",– решил я.
–Есть еще вопросы? Нет? Тогда я продолжу. Итак, он сказал мне, лениво: "Я многое могу". Я ему ответила: "Я тоже..." Зря, конечно. Теперь я понимаю, что от Кирелли надо было бежать, да подальше, а не заигрывать, как деревенская простушка. Но тогда... причудливое освещение ли, мое восприятие, наивность или все вместе, но опасным, или страшным он мне не показался. А потом он сказал, что если я умна настолько же, насколько красива...
После этих слов внучка короля вскочила со стула и прошлась по комнате. По ее лицу было видно, что вспоминать все это, в подробностях, и пересказывать, ей не очень приятно. Но она продолжила, пояснив нам:
–Никогда не считала себя красавицей, поэтому комплимент не приняла и нарочито невежливо перебила вопросом: "Что Вам от меня надо?".
"Так сразу?.. Хорошо. Мне не нужна Микия Роз Латтер ни в качестве любовницы короля, ни в качестве тещи юного хлыща из влиятельного семейства".
"Только юного?".
"Любого".
Его смех стал для меня неожиданностью.
"Элизия, мне жена тоже не нужна. Как и любовница".
Что взять с мага, пусть добившегося высокого положения при короле-самозванце, но простолюдина? Глупо выслушивать оскорбления и придерживаться этикета. В моем положении этикет – роскошь.
"Старый козел, – подумала я, заглядывая ему в глаза и на мгновение приоткрывая защиту,– Старый козел! Пусть пуговица твоего сюртука стоит больше того, что есть в мошне у моей маман, ты просто никуда не годный старый козел!"
А вслух:
"Для начала определитесь, господин Кирелли, как обращаться ко мне. "Ты" или "Вы". И поторопитесь вернуть меня родительнице. Если не желаете Микею Роз Латтер в качестве тещи".
Танец наш давно закончился. Мы стояли посреди кружащихся пар и привлекали к себе излишнее внимание. Во всяком случае женщины смотрели на меня весьма ревниво.