Разрыв, в фокусе короткий окровавленный клинок, три поверженных человеческих тела. Мне доставляет удовольствие смотреть на искаженные животным страхом лица, одинаковые у всех троих, и уже знакомые медальоны в подсыхающей крови, как в ржавчине. Дракон был добр к ним, убил быстро, почти безболезненно. Дальнейшая судьба трупов остается загадкой, знакомые алые всполохи затирают картинку, стекают акварелью. На темно-пурпурном фоне проступает черная фигура.
Пурпур - цвет королевского штандарта. На его фоне - я.
Дракон проснулся, открыл глаза, вижу. И всматриваюсь в себя вместе с ним. Пристально и внимательно изучаю каждый изгиб на броне. Перевожу взгляд выше: на черной ретуши лица - глаза, серебрятся как две жемчужины, губы приглашающе приоткрыты. И мне очень хочется их коснуться.
Разрываю контакт. Желать своих собственных поцелуев - явный перебор.
-Я знал, что ты вернешься.
Мне по большому счету делать здесь больше нечего. Да, можно расспросить подробности: кто, зачем и почему. Дракон, скорее всего ответит или подумает в ответ. И прикасаться к нему нет нужды для этого. Все так. Но только сейчас я слышу лишь свое дыхание и стук своего сердца. И только мне принадлежит желание прямо противоположное здравой мысли: "надо уходить".
Необходимо.
Делаю шаг к выходу, невозможно сосредоточиться на переносе, в этой комнате, под притягивающим к себе взглядом.
-Не уходи!
Звучит как: "Иди сюда". Или мне хочется это услышать?
Разворачиваюсь обратно. Теперь моя очередь поедать глазами. Его руки, обнаженную грудь, вызолоченные внутренним сиянием глаза.
Целовать себя перебор, а выцеловывать лишь взглядом? Недобор, явно.
Мое подсознание решает спор между разумом и желанием, разрешает все сомнения просто - перебрасывая порталом на кровать.
Не сопротивляюсь уже ничему, отпускаю себя и разрешаю быть!
Он дует теплым, словно пытается отогреть, оглаживает языком губы, клыки, и, только когда я порывистым вздохом приоткрываюсь навстречу, берет мой рот снаружи и изнутри.
Мысли тонут. Я тону, теряюсь в смеси жадной его алчности и своего нетерпения.
Первый настоящий поцелуй.
Слегка прихожу в себя, когда мои разбуженные губы начинают отвечать, перехватываю инициативу, изучаю теперь его, до тех пор, пока хватает дыхания.
"Отпусти" - посылаю укусом. И облизываю пряный вкус горячей крови.
-Ты здесь,- с непонятной интонацией шепчет Лир.
Повторяет, раз за разом, словно заклиная:
-Не уходи...
Хватаю воздух, он уже насыщен терпким, вяжет рот, как же тяжело... говорить.
-До утра. Останусь.
"Все равно не уснуть будет".
Дракон улыбается так, словно я ему свое королевство преподнесла, на блюдечке.
-Завтра я об этом пожалею,- говорю ворчливо.
Не признаваться же, что пожалею, если уйду. И опять целую и снова все забываю. Сознания соединяются вновь, уже без всякого контроля, слипаются намертво, предельно обнажается все. И если мысли оформляются в простое: "Хорошо", души парят где-то в гостях у Хаоса, то низший, телесный уровень бурлит густыми темными энергиями. Безумие заразительно: последние события, девичьи романы, пусть слабое, но оправдание этому сумасшествию. На драконов надо вешать таблички: "Не прикасайся!".
Ознобом вдруг прошибает понимание, что ничего не скрыть и это тоже: "я хочу тебя получить... я хочу тебя попробовать.... я хочу тебя....". И на каждое мое хочу: "я тоже".
-Не могу об этом не думать... панцирь убери.
-Сейчас уйду...- звучит вовсе не угрожающе, как мне хочется, а игриво.
Слова противоречат мыслям и тело действует помимо воли.
Дракон путешествуют лицом по моей шее и застревает там, где-то в ключицах. Выпускает язык, что за прихоть пробовать броню? Броню?.. Оторопь настигает одновременно с осознанием, что тело трансформируется под этим натиском, защитная оболочка отступает, сползает, обнажая чувствительное, сговорчивое содержимое. Мою человеческую ипостась.
Так просто и даже без поединка.
Еще один его, уже мысленный приказ: "Убери", созвучен с прозрением: малейшее промедление и бастион падет, мой разум признает его сильнейшим. Нелепица: "кто будет сверху" разрешится сама собой.
Ставить блок пора и потребно.
-Ты же тоже хочешь... хочешь меня?- шипит Лир.
Выпускаю когти, немного, и тяну вниз, царапая; приходится отстраниться, сейчас это мучительней, чем разделенные сознания. Снимаю языком истекающую кровь, здесь она удивительно сладка первоначально, а смешиваясь с испариной кожи приобретает свой неповторимый, металлический привкус.
Дракон отзывается стоном, для него мой рот соблазнительно близок, пробую на вкус и здесь, снимая каплю с напряженной в ожидании плоти.
-Везде сладкий...
Накрываю рукой, поглаживая осторожно, следом сжимаю. Моя настойчивость плавит его естество, услащая. Ладонь увлажняется. Скользит гладко и трепетно.
Замечаю, что блоки слетели вновь, лишь провалившись в самую глубину, где все уже очевидно. Череда мощных взрывов извергается быстро и невыносимо обжигающе. Нас выкидывает в небо, пустое бескрайнее, сочное и пульсирующее.
Долгий, тяжелый выдох отдается во мне и возвращается всхлипом.
Разрываю контакт, сползаю, прячусь под его рукой.
