— Конечно, — я беру ручку и расписываюсь на коктейльной салфетке.
— Вы такая очаровательная пара. Я почти уверена, что весь мир был потрясен, узнав, что вы вместе. Дочь Тима Мэтьюза и Шейн Картер. Кто бы мог подумать?
Мэгги улыбается, кладя руку мне на ногу.
— Спасибо.
Женщина продолжает болтать, но быстро замолкает, когда тренер Кавано берет микрофон. Он приветствует всех и выражает надежду, что мы все готовы открыть наши кошельки в надежде на то, что цель этого года будет достигнута.
— У нас есть много невероятных товаров. Абонементы, футбольные мячи с автографами и майки не только нашей команды, но и Шейн Картер пожертвовал кое — что из старой экипировки команды, а также некоторые вещи от Шона Грейсона, Марка Сэндберга и ряда других игроков НФЛ. Кстати, о Шейне: его жена Мэгги жертвует частные уроки танцев и два билета на предстоящее шоу в Нью — Йорке с участием её и Дэнни Зи. У нас много местных предприятий и бывших выпускников, которые пожертвовали замечательные вещи, так что принимайте участие в торгах.
Толпа аплодирует, и Тренер продолжает.
— Я собираюсь передать микрофон руководителю нашей организации, который расскажет вам больше обо всех детях и программах, которые проводились в прошлом году, но прежде я хотел бы сказать всего несколько слов.
Он делает короткую паузу.
— Мой самый старый и дорогой друг недавно скончался. Вы все знали его как Ракету. Для меня он был Тимом. Мы вместе играли. Поддерживали друг друга, когда поженились. Я держал на руках его детей и смотрел, как он сияет, потому что они были его величайшим достижением. Он был человеком, который любил так же сильно, как играл. У него было самое большое и доброе сердце, которое я когда — либо встречал.
Я обнимаю Мэгги, и она прислоняется ко мне спиной.
— Тим основал эту организацию, и мне посчастливилось быть её частью. Начав со скромных средств и изо всех сил стараясь пробиться в спорте, он понял, насколько она важна для того, чтобы помочь детям развить уверенность и отношения и обеспечить им безопасное место за пределами школы.
— Коул и Мэгги сегодня здесь, и с нашей стороны было бы неправильно продолжить, не вспомнив этого человека. Без него многих из нас здесь бы не было. Так что поднимите свои бокалы, за человека, чье наследие будет продолжать жить в каждом ребенке, который получит пользу из того, что он начал, и что мы надеемся продолжить.
Мы слышим одобрительные возгласы, и я вижу, как Мэгги смахивает слезу. Я наклоняюсь ближе к ней.
— Он бы так гордился тобой и всем, что ты делаешь.
Она утыкается носом в мою шею, переводя дыхание.
— Спасибо. Я бы хотела, чтобы он познакомился с тобой. Ты бы ему очень понравился.
Меня охватывает теплое чувство при воспоминании о том, как её отец бросал мне футбольный мяч. Человек, который дал мне шанс, когда я был просто озлобленным, безнадежным ребенком. Он верил в меня и помог стать тем человеком, которым я являюсь сейчас.
— Вообще — то, я знаком с твоим отцом.
Она поворачивается лицом ко мне, нахмурив брови.
— Что?
— Благодаря этой организации я побывал в одном из его лагерей. Он дал мне шанс в этом мире и помог понять, что если я буду усердно работать, то смогу добиться успеха.
Шок на лице Мэгги вызывает улыбку на моём.
— Почему ты мне не сказал?
— Потому что я не… — я замолкаю, обдумывая свои слова, пока она смотрит мне в глаза. — Твой отец, эта организация изменили мою жизнь, но я не хочу, чтобы ты думала, что это жалкая расплата. Я хотел помочь тебе.
Она пристально изучает меня, затем обнимает, крепко прижимая к себе.
— Не могу поверить, что ты играл в футбол с моим отцом.
Её мягкие слова бьют меня прямо в грудь, потому что я не могу поверить, что сижу здесь с ней. Ужин подан, и Мэгги поддерживает беседу с нашим столиком, пока я пытаюсь не зацикливаться на комментариях Коула о том, что будет дальше. Лив в безопасности, и это всё, что действительно имеет значение. Мой разум знает это, но я не могу избавиться от вопросов о том, что будет дальше. Что, если Мэгги решит, что я ей больше не нужен, и захочет продолжить свою жизнь, чтобы найти кого — то, кто сможет дать ей всё, чего не могу дать я?
Большая часть моего ужина остается на тарелке, но когда на сцену выходит группа, и Мэгги сидит со мной только до второй песни. ТК бросает на меня взгляд, прежде чем увести её, оставляя меня на произвол судьбы за столом. Вместо того чтобы пытаться завязать светскую беседу, я заказываю выпивку в баре, не сводя глаз с Мэгги, пока она кружится по танцполу.
Её улыбка, обтягивающее синее платье и непринужденный смех заставляют меня сто раз пнуть себя за то, что я не тот, кто держит её в своих объятиях. Её глаза встречаются с моими через плечо мужчины, которого представили как одного из товарищей Тима по команде. Я вижу их улыбки и чувствую связь, которая установилась между нами за последние месяцы. Я не уверен, что смогу выдержать потерю этой связи.
