Моя грудь болезненно сжимается, как будто на неё сбросили стофунтовый вес. Я пытаюсь дышать и сбросить напряжение в теле, но вдох получается трудным и неровным. Я сглатываю подступающую к горлу рвоту при мысли о потере Мэгги.
Я провожу влажной дрожащей рукой по волосам. Мэгги нужна минутка, так что я дам ей её, но не больше. Всего минутку, а потом я прослежу, чтобы она точно рассказала мне, что происходит в её прекрасной головке. Я надеюсь, что она готова, потому что, когда эта минута истечет, я приду за ней.
Сейчас 6:00 утра, и я звоню Дэнни по фейстайму. Звонить ему и работать с ним этим утром — последнее, чего я хочу.
Я так устала. После вчерашнего благотворительного вечера и узнав, что Шейна рассматривают на должность главного тренера в штате Огайо, я не могла уснуть. Я лежала, стараясь не прикасаться к нему, не чувствовать его тепла и не думать о том, что будет, когда его больше не будет рядом.
Чем дольше я лежала, тем больше понимала, что то, что я сказала ему прошлой ночью, было правдой. Я не сержусь на него. Мне больно. Я хочу быть той, с кем он делится своими новостями, хорошими и плохими. Вместо этого он остается замкнутым, даже когда я открыла ему свою душу. Я была уязвима и делилась с ним тем, чем никогда ни с кем не делилась, но он не открывается мне. Он остается зажатым. Я расстроена. Я хочу видеть Шейна не только снаружи, не только то, что он готов мне дать. Я хочу его всего. Я хочу знать, что сделало его таким замечательным человеком, каким он является. Но он не отвечает мне взаимностью. Он не позволяет стать частью его жизни, обнять его и никогда не отпускать.
Я знаю, что то, что его бросили в детстве, сломало что — то внутри него. Внутри него живет такой глубокий и сильный страх, который был там так долго. Он знает только, как защитить себя от всего и от каждого, кто угрожает его безопасности. Защита себя — это его комфорт. Его система безопасности. И теперь я знаю, что она непробиваема.
Я идиотка. Я разочарована и глупо позволила своим чувствам затуманить реальность. Шейн честно признался, что никогда не хотел жениться или заводить семью. Я позволила себе думать, что теперь он увидит, что у него есть семья. Что у него есть я. Всё моё сердце. Я отдала своё сердце ему, и думаю, что он бережно хранит его. Он просто не позволяет мне забрать его взамен.
Даже сейчас он держит его так крепко, что я не могу до него дотянуться, а я хочу. Я хочу обнять его сердце и показать ему, что я не разобью его. Я не подведу его и не уйду, но как это показать кому — то, кто не подпускает тебя достаточно близко, чтобы даже попытаться хоть немного ослабить напряжение? Кто не рискнет, чтобы дать тебе шанс доказать, что на этот раз страхи необоснованны?
Я хочу партнера, лучшего друга, любовника. Мужчину, с которым я смогу построить собственную семью. Я хочу всего этого, и я хочу этого с Шейном, но, скорее всего, этого никогда не произойдет. Я не могу жить той жизнью, которую хочу, имея лишь его частички. Я заслуживаю лучшего, а он заслуживает жизни без давления с моей стороны, желающей того, чего он предложить не может.
Слезы щиплют мне глаза, когда нажимаю на звонок, и после трех гудков Дэнни отвечает. Я засовываю свои эмоции поглубже и готовлюсь приступить к работе.
— Две недели, детка. Ты в восторге? Это шоу потрясет публику. Я посмотрел последнее видео, которое ты прислала, и этот танец горячий. Моя команда работает над ним. Всё, что нам нужно, это доработать наш танец, и тебе нужно отправить своё соло, тогда мы будем готовы.
Я не хочу думать о шоу. Я хочу быть дома, свернувшись калачиком рядом с Шейном, там, где я его оставила. Я хочу, чтобы он сказал мне что — нибудь, что угодно, что даст мне надежду. Но я здесь, и я посвятила себя этому шоу, так что я буду работать. Доказывая себе что — то, что, на самом деле, меня больше не волнует.
— Хорошо. Позволь мне показать тебе, что я придумала для нашего танца. Я хочу выбрать что — нибудь другое для финальной песни.
Дэнни стонет.
— Почему? Это было идеально.
— Я просто не думаю, что это подойдет, — у меня нет сил спорить. — Есть кое — что получше, а нам нужно самое лучшее.
— Хорошо. Мы поработаем над этим. Покажи мне, что у тебя есть.
Мы работали в течение следующих нескольких часов, давая мне возможность отвлечься от моих мыслей и тяжелых переживаний. Мы завершили танец, зная, что нам придется репетировать в сумасшедшем темпе, как только я приеду в Нью — Йорк, но, учитывая, насколько хорошо мы с Дэнни работаем вместе, мы закончим довольно быстро.
— Я собираюсь дать своей лодыжке как можно больше отдыха, но как можно скорее пришлю вам музыку и видео для моего соло, — обещаю я, искренне надеясь, что смогу это сделать.
— Звучит заманчиво. Мэгги, я так рад, что ты решилась на это, — он усмехается. — Это шоу вызовет ажиотаж, который, надеюсь, перерастет в спрос на большее или, возможно, даже в ежегодное шоу.
