Я держу тебя полностью

— Конечно, брат. Я постараюсь сопоставить свой билет с билетом Марка, так что тебе придется совершить только одну поездку в аэропорт, — он на секунду замолкает. — Удачи сегодня вечером. Надеюсь, у тебя все получится.

Я стону, бросая телефон на диван рядом с собой, даже близко не желая иметь дело с его снисходительным тоном, но должен признать, что мои нервы на пределе. Я ни в коем случае не собирался бросить Мэгги. Они её друзья, поэтому я предположил, что не будет иметь большого значения, если я не приду, но она попросила меня пойти с ней.

Чёрт. Я уверен, что всё в порядке. Она бы написала мне, если бы всё было не в порядке, верно?

Я сижу, потягивая своё пиво, которое больше не холодное, пытаясь не закипеть, когда слышу скрежет ключа во входной двери. Мэгги входит в дом в длинном сверкающем золотом платье, за ней следует мужчина, к которому она поворачивается, чтобы обнять и поблагодарить его за то, что он привез её домой.

Просто замечательно, блять. Во — первых, я идиот. Просто и ясно. Никаких оправданий. Во — вторых, мне не нравится ни одна деталь из тех объятий, которые только что произошли, и это моя собственная чертова вина. И в — третьих, она выглядит потрясающе в этом платье. Это поставило бы любого мужчину на колени, а я позволил ей провести вечер в комнате, полной их.

Я стою неподвижно, пока она закрывает дверь, снимает туфли на каблуках и поворачивается, встречаясь со мной взглядом, а затем отворачивается. Чёрт. Чёрт. Чёрт! У меня неприятности. Большие неприятности по многим причинам.

Она игнорирует меня, направляясь к коридору, ведущему в нашу комнату.

— Привет, — я прощупываю почву.

— Привет, — она не замедляется.

Поскольку я дурак, и этого не изменить, мои следующие слова не приносят мне никакой пользы.

— Кто это был?

Это останавливает её на полпути, и, если бы это было возможно, её взгляд разрезал бы меня надвое.

— Брат Кармен, — она произносит это так мягко, и эта мягкость заставляет меня волноваться. — Я иду спать.

— Подожди, — я останавливаю её. — Что случилось? — у меня такое чувство, что Шон был прав, но мне нужно подтверждение. Она ничего не говорит. — Мне жаль, что я не попал на свадьбу. Игра…. — я знаю, это прозвучит неубедительно, поэтому я закрываю рот.

Её взгляд опускается в пол, а затем снова поднимается на меня.

— Всё в порядке, — она снова начинает двигаться.

— Мэгги.

— Всё в порядке, Шейн. Я устала и просто хочу лечь спать.

Она исчезает в конце коридора, и всё, что я знаю наверняка, это то, что это нехорошо. Я ругаюсь себе под нос, выключая телевизор, и под голоса Гвен и Шона, звучащие в моей голове, я иду по коридору, чтобы разобраться во всём. Я хочу, чтобы она рассказала мне, почему она расстроена. Просто накричала на меня и покончила с этим. Я знаю, что облажался.

В спальне я нахожу её стоящей посреди комнаты лицом к двери, как будто она ожидала меня увидеть. Меня снова поражает, насколько она потрясающе красива, но выражение её лица подобно удару под дых.

— Шейн, не сегодня, — она произносит это как предупреждение.

— Я просто хочу знать, что происходит. Я же извинился.

— Да, я тебя слышала.

— Хорошо. Тогда у нас всё в порядке?

Пожалуйста, скажи 'да', потому что я понятия не имею, как вести себя с женщиной, которая мне действительно небезразлична и злится на меня.

— Да. У нас всё хорошо, — она выделяет слово “хорошо”, произнося его так, что ясно, что всё совсем не так.

Я потираю лицо.

— Мэгги.

— Шейн, серьезно. Это был долгий день, и меня сейчас не интересуют разговоры.

— Я хочу знать, что случилось.

— Прекрати. Пожалуйста, — она оттягивает ворот платья и поворачивается, чтобы открыть дверцу шкафа, выглядя так, словно собирается его снять.

— Что ты делаешь? — я протягиваю руки, чтобы остановить её как маленький ребенок, который собирается увидеть что — то, чего не должен.

— Снимаю это платье. Ещё секунда, и я начну задыхаться. Отвернешься или нет. Мне всё равно. Я уверена, что ты всё равно видел нечто большее и получше.

Она начинает рвать ткань, словно в панике, пытаясь найти молнию среди блесток.

Я делаю шаг вперед, кладу руки ей на плечи.

— Подожди, — я нащупываю молнию и тяну её вниз, жалея, что не могу сделать это совершенно по — другому. Она приподнимает платье, и я оборачиваюсь.

Я слышу, как она глубоко вздыхает с облегчением, когда ткань падает на пол. Слышится какое — то шарканье, и когда оно стихает, я оборачиваюсь и вижу её, скорчившуюся на полу в одной из моих футболок, которая выглядит почти так же потрясающе, как и платье. Чёрт. Я почти уверен, что мне не стоит сейчас зацикливаться на этом.

— Что случилось? — спрашиваю я снова. — Скажи мне, пожалуйста.

Она встает и поворачивается ко мне лицом.

— Прекрати давить, — я слышу, как её голос срывается. — Это был долгий день. Я так устала. Я думала…