— Почему ты меня не оттолкнула? — шепчет мужчина. — Осталась без сладкого.
Я не могу не улыбнутся:
— Ты получил удовольствие, а я ещё и виноватой осталась? Какое же ты всё же нехорошее сиятельство. И сладкого я вполне получила. Как минимум, на половину желудка хватило.
— Какое ненасытное солнышко, — не остаётся в долгу Кирилл и, поменяв положение тела, удобно устраивается между моих ног. Его руки широко разводят мне бёдра и горячие губы начинают дразнить чувствительную плоть. Подаренный оргазм не приносит чувства насыщения, и я успокаиваюсь лишь почувствовав его внутри себя. Полностью. Глубоко. До самого края.
Мы улетаем в понедельник. Мой чемодан так и остаётся в квартире. Несколько платьев и комплектов домашней одежды, которые мужчина всё же взял с собой, помещаются к его вещам.
Уже в аэропорту нас окружают несколько человек из охраны. Словно из-под земли бесшумно вырастает фигура секретаря Дениса. Всё время, пока мы идём, его рот не закрывается. Если бы речь можно было измерить в километрах, то Денис бы уже наговорил на сотню. В машине он садится по другую сторону от Кирилла, и она оба утыкаются в ноутбук. По лицу последнего я вижу, что тому что-то очень сильно не нравится. В какой-то момент наши взгляды встречаются, и я обращаюсь к Воронцову:
— Тебе нужно ехать в банк?
— Желательно. Но дела могут потерпеть до завтра. Ты устала, твоей руке нужен покой.
— Кирилл, я не сахарная, не растаю. Если нужно, поезжай в банк.
Несколько минут он колеблется, но в итоге говорит водителю остановиться. Пересаживается с Денисом в джип, а ко мне, в «Мерседес-Майбах» возвращаются два парня из охраны. Один занимает переднее пассажирское, второй садится рядом со мной, но на почтительном расстоянии.
— Меня зовут Константином, — представляется он. — Кирилл Олегович приказал, чтобы я не спускал с вас глаз, поэтому не обижайтесь, что я буду всё время на вас смотреть. Бабушка говорила, что глаза у меня хорошие, светлые. Вы не переживайте, я вас не сглажу. Если что, просто поплюйте на меня три раза через левое плечо.
— Поможет? — невольно смеюсь я.
— Обязательно. Для верности ещё три раза можно по лбу постучать, — добавляет охранник.
Всю дорогу Костя рассказывает мне о встречающихся по пути достопримечательностях. Но я почти не вслушиваюсь в его слова. Москва отобрала у меня Кирилла, едва я пересекла её территорию. Жадная, многоликая, собственническая Москва, ревностно оберегающая одного из своих любимчиков. Я не успела сделать на её территории и нескольких робких шагов, как она отправила меня в бан одиночества. С кем ещё мне придётся бороться за время и внимание Кирилла? Кто и какие выберет способы или нападут без предварительного объявления войны?
Машина останавливается у уже знакомой мне многоэтажки. Водитель и второй охранник достают вещи из багажника. Костя тенью следует за моей спиной. Даже дверь открывает его коллега. У дверей квартиры я невольно притормаживаю. Кирилл не дал мне ключи. Или они есть у охраны? Но Костя перестаёт охранять мою спину и жмёт на кнопку звонка. Дверь открывается далеко не через минуту. Кто бы не был за ней, меня он встречать не спешит.
— Добрый день! Быстро добрались, — как-то двояко приветствует стоящая за дверью женщина. Она мне почему-то не нравится с первого взгляда, хотя ничего отталкивающего в её внешности нету. Наоборот, выглядит дама очень ухоженно: лет сорока пяти, с причёской в стиле «каре», где каждый волосок тщательно «пристроен» к соседу, с вполне профессиональным макияжем на улыбающемся, в сторону Кости, лице. Я обращаю внимание на дорогой маникюр домработницы. У меня такого нет. Я не пользуюсь услугами по наращиванию ногтей. Они у меня средней длины, и с помощью самого простого маникюрного набора я придаю им аккуратную овальную форму. Иногда, посещая мероприятия, я крашу их в нежно-розовый тон. Но, даже дорогой лак выглядит не аккуратно уже на третьи сутки, и я чаще стираю его, обновляя лишь по случаю следующего выхода в свет.
— София Михайловна, куда вещи отнести? — спрашивает меня Костя.
— Достаточно Софии, — прошу я парня. Мы с ним почти ровесники. Скорее всего ему не больше двадцати пяти.
— В хозяйскую спальню, — опережает мой ответ дама. — Это ведь вещи Кирилла Олеговича? Ваши, Софья, ещё в машине? Поднимемся на второй этаж. Вы сразу определитесь со своей комнатой.
— Меня зовут София, — вежливо уточняю я по пути наверх. — Софья — это другое самостоятельное имя. И чемоданов больше нет. Все мои вещи лежат вместе с вещами Кирилла. Он распорядился подготовить для меня отдельную комнату?
Домработница слегка тушуется не зная, как ответить на мой прямой вопрос. Конечно, я сейчас могу позвонить Кириллу и спросить про отдельную комнату, но не делаю этого. Он занят и отвлекать его тем, что я почему-то не нравлюсь его домработнице не стоит.
— Он сказал встретить его гостью, — победителем выходит из нашего разговора дама. — Так вы не будете смотреть комнаты?
— Нет. Меня вполне устроит хозяйская спальня, — отвечаю я. Пусть думает обо мне, что хочет. А как к вам обращаться?
