Мы приезжаем в салон красоты и дело не ограничивается одним маникюром. Катя больше не спрашивает, а просто ведёт меня из одного кабинета в другой. В итоге мне делают несколько уходовых процедур для лица и всего тела, а также педикюр. Я, конечно, и сама красила ногти на ногах и о коже заботилась, но, после салонных процедур, мои ножки лучше, чем у новорожденного младенца.
— Кирилл тебя сегодня не узнает, — довольно смеётся Савельева.
— Или остаток на собственной карте, — хмурюсь я. Опять же, я понимаю, что в свете доходов Воронцова, потраченная мной сумма очень скромна, но в свете собственной зарплаты….
И, когда через несколько минут на моём телефоне отображается номер Кирилла, я сама слышу, как испуганно звучит моё:
— Алло.
— Всё хорошо, Софи? — сразу уточняет он.
— Да. Мы с Катериной в салоне.
— Я так и понял. А по твоему голосу создаётся впечатление, что ты испугалась салона красоты. Разве такое возможно? Что женщина боится салона красоты? — смеётся мужчина.
— Не испугалась. Но для меня слишком уж много всего.
— Тогда я приеду и тебя спасу. Называй адрес.
— Не нужно меня спасать. Всё хорошо.
— Я же шучу, солнышко. Я уже освободился и домой собирался. Но, если у вас с Катей ещё есть какие-то планы, я могу прислать машину позже.
— Никаких планов. Я буду тебя ждать.
Когда мы возвращаемся домой, Ираида Петровна всё ещё на посту.
— Накормите нас обедом и можете быть свободны, — говорит ей Воронцов.
Я хочу сказать, что могу и сама накрыть на стол, но помалкиваю. Кто я такая, чтобы перечить словам Кирилла. Хорошо, что из кухни уходить никуда не нужно, и я могу лично проследить, что в мою тарелку, как минимум, не плюнут.
Когда Кирилл возвращается из своего кабинета, куда относил рабочий ноутбук и где разговаривал по телефону, домработница царственно выплывает из кухни.
— Зачем ты взяла ложку? — возмущается Кирилл. — Рука не разработана. Не нравится, как я тебя кормлю?
— Нравится. Но тебе самому не хочется нормально поесть? Я уверена, что от поднятия ложки моей руке ничего не станет.
— Вот завтра и поешь, когда меня не будет. А теперь возвращай ложку на стол и открывай рот, — командует Кирилл. — Ты вся такая аппетитная сегодня, что мне уже совсем не есть хочется.
— А с утра я была не вкусной? И вчера вечером ты ел через силу? — обижаюсь я. — Надо было сказать. Что зря давился.
— Вот и сделай тебе комплимент, — вздыхает мужчина. — Хочешь скажу, когда ты мне нравишься больше всего?
— Скажи.
— Когда я просыпаюсь раньше тебя, а ты сопишь у меня под боком. Вечно бы на эту картину смотрел.
Следующие дни проходят очень быстро. Послушно езжу на разработку руки. Через день меня навещает Катерина, которой всегда куда-то нужно: то в салон красоты, то в модный бутик, то посмотреть колье к новому платью. Мне нравится составлять ей компанию, но незнакомый до этого мир Кирилла не становится мне ближе. Более того, я чувствую себя в нём некомфортно и неуютно. Бесполезно. И в следующую пятницу вновь смотрю, как Кирилл собирается на очередное мероприятие, на которое просто не имеет право не идти. Он знал об этом заранее и предложил мне. Но даже Катерина согласилась, что я буду выглядеть там неуместно.
— Почему? — спрашивает Кирилл.
— Потому что она придёт с тобой. Это уже повод рассматривать Софи как лягушку под микроскопом. Кто-то ушлый обязательно поднимет как, сам знаешь что, на вилы историю, как Софи сломала руку. Поползут всякие домыслы и пересуды. Знаешь, Кирилл, если ты введёшь в общество Софи в статусе своей жены или невесты — это одно. А фраза — это моя девушка…. Повремени, Воронцов. Это я тебе советую. Не всё так просто, как тебе кажется.
Я провожаю Кирилла до двери. Сама первой поднимаюсь на цыпочки и целую в губы. Хочу отстраниться, но он удерживает поцелуй:
— Солнышко, не скучай, я быстро. Посмотри мультик «Том и Джерри», тебе же нравится. Всего десять серий, и я вернусь.
— Я не буду скучать, Кирилл. Будь сколько нужно. Это ничего не изменит.
Он резко оборачивается:
— В смысле — не изменит? Ты что надумала, солнышко?
— Ничего я не надумала. Неудачно выразилась, — поспешно оправдываюсь. Зачем ему портить настроение.
