И теперь эта резкая смена стиля. Когда женщина резко меняет свой гардероб, особенно столь интимный? Опять же, встречу со мной она не предполагала. Ответ я уже знаю, и он мне не нравится. Даже не так. Его осознание подобно удару в спину. Удару такой силы, что на несколько секунд я забываю, как дышать. Никогда не считал себя эмоциональным и импульсивным человеком. Но теперь меня кроет так мощно, что я протягиваю руку и собираю с пола ворох прозрачных кружевных трусиков.
— Софи, что это? — бесцеремонно растягиваю совершенно непрактичную, но весьма сексуальную вещицу на собственных пальцах.
— Моё бельё, — закусывая губу шепчет она и тянется, чтобы забрать.
— С каких это пор оно у тебя появилось? Новое хобби вместо камушек? Софи, скажи, что ты решила в Москве эскортом заняться? Мне это легче принять чем то, о чём я сейчас думаю.
Но она, конечно же, идёт до конца.
— Да, я думала о нас с Аркадием, как о паре. Это не значит, что я прямо сегодня с ним спать собиралась, но решила, что нужно дать нам обоим шанс. Другая страна, другой город, другая ситуация…
— Дома у себя гадить не захотелось? Конечно, как же потом просыпаться по утрам? Зачем же в собственной кровати мусорить?
Я делаю шаг ей навстречу даже не зная, что сделаю в следующий момент. Она стоит передо мной — вся такая распаренная после душа, с ещё влажной кожей, такой нежной на ощупь, я помню. Делаю вдох и её ненавязчивый, медово — цитрусовый запах буквально заполняет все лёгкие, мешая нормально дышать. И вот такой сумасводящей, желанной до кончиков волос она собиралась стоять перед ним, этим прилизанным белобрысым мальчишкой? Хотела смотреть на него своими колдовскими зелёными глазищами? Трогать его тело этими миниатюрными пальчиками? В пяти километрах от меня?
— Кирилл, — шепчет она, ещё не понимая опасности и собираясь отобрать своё путанское бельё.
— Собралась попой перед ним крутить? В этом? Считай, что уже покрутила, — беру и разрываю тонкие кружева на части. Рвутся легко, почти без звука, рассыпаясь на мелкие клочки. Настоящая музыка для моей души.
— Кирилл, — хнычет мелкая бестия.
— И это тоже, — понимаю, что перегибаю палку, но не могу сдержаться. Поднимаю её майку и смотрю на крошечный прозрачный треугольник с двумя верёвочками по краям. Моим рукам хватает пары движений и верёвочки составляют компанию на полу своим собратьям по несчастью. Рвать больше нечего, но руки чем-то занять просто необходимо. Поднимаю их выше, и разорванная на две части маечка шлёпается туда же. Лифчика на Софии нет. Взгляд прилипает к её груди. А ведь я её ещё не видел. Не большая, но и не маленькая. Что-то среднее между двоечкой и троечкой. Красивой округлой формы с набухшими после душа розовыми сосочками. Как же сильно я её хочу!
Девушка поспешно обхватывает себя руками и это движение слегка меня отрезвляет. Что я творю? Чем лучше отморозка Ника? Но под руками не находится ничего, чем можно прикрыть Софи. И я обнимаю её, прижимая к себе, шепчу в маленькое ушко:
— Прости, прости, пожалуйста.
Она поднимает голову, и я не могу оторвать взгляда от её полуоткрытых сочных губ. Никогда не был фанатом поцелуев, но вновь не сдерживаюсь и накрываю её губы своими. Она не пытается отстраниться, не отталкивает, и я давлю сильнее, стремясь напиться её вкусом. Поцелуй давно пора прервать. От недостатка кислорода частит дыхание, но Софи мне отвечает, и я вновь и вновь продолжаю её целовать. Сам не замечаю тот момент, когда приподнимаю девушку и кладу на кровать, накрывая собой. Опускаюсь чуть ниже и ласкаю губами так понравившуюся мне грудь. Чувствую, как её руки скользят по моим плечам, а ноги обхватывают мои бёдра.
— Кирилл, — снова хнычет она. Толком не могу понять, что в её голосе, но точно — не страх. Приподнимаю голову и заглядываю в глаза. Изумрудная, омытая дождём желания зелень грозит вот-вот перелиться через край. Девушка извивается подо мной, желая не сбросить, а сильнее прижаться. — Пожалуйста, Кирилл.
— Сейчас, маленькая, сейчас, — касаюсь рукой пухлого гладкого холмика, слегка надавливаю ребром ладони между мокреньких губок, и её тело тут же реагирует, приподнимаясь, стараясь прижаться сильнее. Глажу пальцами, аккуратно растираю чувствительный бугорок. Она сильно возбуждена и давление причинит не наслаждение, а боль.
Руки Софии находят резинку моих брюк и тянут вниз вместе с боксерами. Я чуть меняю положение тела, давая возможность собственному члену прижаться к её влажной, горячей, растревоженной плоти. Её стоны становятся громче, движения подо мной резче, и я проникаю внутрь девушки сразу двумя пальцами.
— Ещё, — просит она.
Я добавляю третий, но не двигаю ими, скорее растягиваю.
— Кирилл, — с её губ вновь срывается моё имя. Она сама начинает насаживаться на мои пальцы. Я знаю, что потом она вернёт мне полученное удовольствие сполна. По-дружески. Но мне слишком мало этого. Я хочу её всю, полностью, без остатка. Чтобы мысли о другом мужчине даже не возникали в её голове. Чтобы её тело помнило и хотело только меня.
