Я лег поудобней на полу в форме дракона. И только я прикрыл глаза как дверь в одну комнату открылась и в главный зал вышла арахна. Я приподнял голову, тихонько зарычал, обратив на себя внимание обеих девчонок, и указал на кухню.
— Арина, — обратилась к моей подруге Кайнэлия. Арахна посмотрела на нее и кивнула, поприветствовав. — Там оленина.
— Угу, — ответила Арина.
Отношения между девушками были холодными. Я этому даже немного удивился, потому что некоторое время назад они вполне нормально общались и тут внезапно такое.
«Может Арина пробуждала вампиршу, несмотря на мой запрет» подумал было я.
Это могло бы объяснить их прохладные отношения. А еще готовящуюся атаку магами. Хотя, это я могу себя накручивать. Кто знает.
Арахна прошла на кухню и через пару мгновений от туда раздался чавкающий звук. Я тихонько хмыкнул и, прикрыв глаза, стал погружаться в глубины сна.
Внезапно стало тепло. В доме и так было достаточно комфортная температура, но сейчас она явно повысилась. Что было попросту невозможно, так как я поддерживал один уровень отопления.
Открыв глаза, я обнаружил себя посреди пепелища. Городов поблизости не было, только скрюченные и обгоревшие деревья окружали меня со всех сторон.
Я приподнялся на лапах.
«Лапах» не понял я.
Присмотревшись к своим рукам, я осознал, что они перестали таковыми быть. Мое тело окончательно изменилось на драконье. Это было крайне занимательное преображение в ходе нескольких снов.
«Выходит, что я принял свою сущность? Или что?»
И вновь я побрел куда глаза глядят. Поначалу я хотел полететь, но крылья лишь гоняли ветер. А еще магию применить не представлялось возможным. Хотя тут на меня нападать некому — все уже давно умерли.
Прошло около часа, когда я покинул крючковатый лес. Впереди виднелся черный замок. Он возвышался над всей округой, но из леса его увидеть было попросту невозможно.
Во сне мне все равно делать нечего, так что я просто направился к этому замку.
Странности начались почти сразу же. Мало того, что расстояние было очень велико, так еще и чувство возникло такое, будто этот замок только и делает, что удаляется от меня. Я начал идти еще быстрее, а он только быстрее удалялся.
Тогда я решил идти от противного и не идти к замку, а от него. И вот шел я, шел. И тут прямо передо мной появилась стена огня. Я уж было собрался ее обойти, но она начала расти в стороны, окружая меня, пока не заключила в кольцо.
Я удивленно вытаращился на этот необычный огонь. Он больше не распространялся. А гореть там было нечему. Хотя чего я ожидал от сна, где даже бетонные дома горят, будто керосином облитые.
Я прошелся вдоль огня, пытаясь найти хоть какую-то лазейку. Малейшую неровность или что-то похожее. Но мне это ничего не дало. Я попробовал сделать подкоп. Но только я хватанул пепла, так он тут же падал с моей руки и именно туда, откуда я его взял. Последней моей попыткой было оживить мои мертвые крылья. Не вышло.
В итоге я просто сел на землю и стал ждать своего пробуждения. И мне было настолько скучно, что даже спать не захотелось. Трудно спать, когда ты уже спишь.
Время все шло, а пробуждение не наставало. Выходило так, что я сплю уже часов двадцать. И ладно бы я сам не проснулся, так должны были уже проснуться девчонки и начать меня будить. Однако ничего такого не произошло. Скорее всего мой сон был просто замедлен. Осознав это, я тут же поднялся с насиженного места.
Вновь обойдя огненную стену по кругу, я удостоверился в том, что она ни капли не изменилась. Не сместилась в сторону и высота пламени не изменилась, несмотря на неровности почвы. Я до сих пор был в огненной темнице, неспособный уйти или улететь.
Вариантов было крайне мало. Способа выбраться я не видел. Разве что шагнуть в огонь. Но решимости мне не хватало. И почему же? Я же дракон. Я боялся только удара молнии. Что же случилось?
Просто вид этого пламени вызывал у меня первобытный страх.
Я боялся пробовать преодолеть его. Но еще больше я боялся остаться здесь навечно. Даже если моя душа стала драконьей, я все равно могу морально устать, что дистанцируюсь от всего мира. Мое тело, скорее всего, станет пустой оболочкой, жаждущей лишь резни и убийства.
Набравшись малой толики решимости, я подошел к стене огня и встал к ней левым боком. Что удивительно — от нее не исходил жар. Из-за этого я подумал, что это иллюзия. Но лучше все проверить.
Я расправил медленно крыло, погружая его в огненный вихрь. Крыло резануло такой сильной болью, что у меня лапы подогнулись. Кожа, чешуя и даже кости обратились пеплом, оставив мне лишь половину крыла. Я открыл пасть, рыча от боли, но звуков никаких не было. И это не я оглох, ведь звуки мира остались, просто мой голос внезапно исчез. А может его и не было вовсе с самого начала.
Я медленно отполз подальше от стены. Лапы еле слушались и волочились по земле. Но мне удалось отползти подальше. Развалившись в стороне, я прикрыл глаза, пытаясь утихомирить пульсирующее болью крыло.
