«Конечно, тут же полно людей! Не будет же он мчаться ко мне на всех парах, чтобы обнять и поцеловать, ему ведь не пятнадцать лет. Главное, что я послала ему знак глазами и он все понял!».
За весь день ее ни разу не вызвали в кабинет к директору, а сам Олег не прислал даже короткого сообщения.
«Он занятой человек, — говорила себе Кира, — у него постоянные встречи, созвоны, совещания, планерки. Наверняка он ждет конца рабочего дня, чтобы увидеться со мной и поговорить без посторонних глаз».
Но когда на часах пробило шесть, ничего не случилось. Через двадцать минут, испугавшись, что Олег сейчас просто уедет домой, Кира сама помчалась к нему на этаж.
Она застала его выходящим из кабинета, он явно торопился.
— Ты куда? — мурлыкнула девушка, зная, что их никто не слышит.
Затем нежно схватилась за рукав его пиджака, пытаясь притянуть к себе, но директор не двигался с места.
Его бровь поползла вверх:
— С каких пор я должен отчитываться о своих перемещениях?
— Ну не бурчи, — игриво ответила она, — давай лучше займемся любовью, а?
— Какой любовью? Ты пьяная что ли? — Гридасов попытался пройти мимо, но Кира перегородила ему дорогу.
— Что это значит? Забыл, что было вчера??
— Вчера я тебя трахнул.
— И все??
— В смысле?
— На этом все??
— Разумеется. А чего ты ожидала? Что я поведу тебя под венец? Совсем уже свихнулась, Кулинченко?
Внутри нее все рухнуло.
— Я думала, что ты боишься меня потерять… — отчаянно прошептала Кира. — Что мы будем вместе!
— В следующий раз старайся думать лучше. Я ушел.
С этими словами Гридасов слегка оттолкнул Киру плечом и быстрым шагом вышел из приемной. Скорее всего, он услышал дикий женский рев, когда двери лифта уже смыкались, но даже если так, ему было абсолютно все равно.
Все выходные Кира пролежала в кровати, таращась в потолок и односложно отвечая на вопросы встревоженной матери.
Олег снова закрылся в своем пуленепробиваемом панцире, сквозь который, казалось, невозможно прорваться. Но девушка видела, каким он может быть чутким, нежным, ласковым, и поэтому точно знала, что ей удастся пробить брешь в этой броне и отогреть заиндевелое сердце.
Она не раз задавалась вопросом, почему он стал таким? Почему прячет от мира свои хорошие черты? Было очевидно, что когда-то давно его кто-то очень сильно ранил, воспользовался его добротой, растоптал любовь, которая жила внутри него. И наверняка это была какая-то коварная особа. Роковая и ослепительная. Возможно, даже его бывшая жена.
«Неудивительно, что он так больше и не женился» — думала Кира, стоя у лестницы и выслеживая, когда секретарша свалит домой. Был понедельник. За выходные она успела как следует обдумать ситуацию и поняла, что следует делать. Наконец в 18:05 из-за двери послышался стук каблуков — Юлия направлялась к лифту. Вскоре все стихло — значит, Гридасов сейчас один в своем кабинете. Кира открыла дверь, вошла в коридор и вскоре уже стояла перед серебристой табличкой с именем директора. Вдохнула, выдохнула, нажала на ручку и ступила на порог.
На этот раз она не стала подбирать чересчур откровенный наряд. Олегу не нужна очередная давалка, он ясно дал это понять. Ему нужны искренность, честность и любовь без софитов. То давно забытое чувство, которое когда-то так бездушно растоптали. К Алисе за советом Кира тоже не обращалась и на прямой вопрос, был ли секс, уклончиво улыбнулась, сказав что-то вроде: «Еще какой! Спасибо тебе за помощь. Я получила, что хотела и наконец успокоилась. Ты была права: секс, конечно, на десять из десяти, но одного раза вполне достаточно. Дальше я не полезу, мне моя психика дороже». Кажется, Алиса поверила. А если даже нет, то Кире было все равно. Она гордилась тем, что Гридасов по-настоящему открылся только ей одной, выделил ее из всех, доверился. Теперь она будет бережно оберегать то чувство, что возникло между ними, и никому ничего не расскажет. Это будет только их с ним секрет.
— Опять ты… — бросил он, увидев ее на пороге. — У меня сегодня много дел, поэтому не получится даже легкого перепихона. Езжай домой.
— Думаешь, от тебя мне нужен только секс? — Кира присела на диван и закинула ногу на ногу.
Гридасов шумно выдохнул:
— Я вообще о тебе не думаю. Вспоминаю, только когда ты вот так внезапно возникаешь передо мной и начинаешь задавать тупые вопросы.
Кира улыбнулась в ответ. Раньше бы ее сильно ранили эти слова, но теперь она знала, что он говорит так специально. Не хочет, чтобы она видела его настоящего, боится обжечься снова. Отсюда и все его бесконечные одноразовые партнерши — он не планирует больше ни к кому привязываться. Но Кира научит его снова верить в любовь и растопит его истерзанное сердце, в этом не было никаких сомнений.
— А я думаю о тебе постоянно и не боюсь в этом признаться, — сказала она.
— И поэтому постоянно таскаешься ко мне в кабинет? Что мешает тебе сходить с ума на расстоянии?
— Просто хотелось увидеть тебя, разве это плохо?
— Тебе бы доктору показаться. Выглядишь слегка безумно.