P.S. Говорят, что когда ЛА прочел ЭТО, ему пришлось долго восстанавливать личность. Но я ведь любя. Инструкция по сохранению сердечного жара
Я всю жизнь пасую при столкновении с химически чистыми дебилами. Они ведь теперь для пущих статусности и важности щеголяют словом «экзистенциальный», понимают Великий Город как свою фазенду, даже на фильм «Елена», превознесенный сверх всякой меры, идут, потому что «надо». Но даже пасуя, я, превозмогая раздражение, способен им ответить.
Подарю, например, билеты на концерт Гоши Куценко. Именно что поющего. Считайте, что таким образом приговорите людей к бездне. А вот хорошим людям, чтобы, во-первых, вооружить отменным настроением, при котором никакие имбецилы не страшны, во-вторых, просто для того чтобы посвятить людей в собственную дистиллированную радость, рекомендую НОВОГО Челентано. Слова «это грандиозный альбом» будут грандиозным же преуменьшением. Вот Николас Кейдж, которого лично я хочу удушить лет десять как, сейчас из-за фильма «Что скрывает ложь», хоть и играет в рубаху-парня, будет отвратителен и через три тысячи лет после смерти. Но в этом дерьмовом фильме и Николь Кидман не менее дерьмово имитирует страсти-мордасти.
То ли дело старина Клуни. Взять «Мартовские иды», взять «Потомки». Любую роль, любой фильм возводит до Богоявления. Или Ник Нолти, который постарел, но знатно. Посмотрите «Воина». Природа, одарив Нолти завидной физикой, едва ли не отказала ему в чувстве меры по части эпикурейства: актер временами уходит в беспросветные запои. Не то Олег Митяев: через запои такие естественные диски, как «Позабытое чувство», не получатся. Сияние чистоты и душевной молодости. Блюдите себя, тогда имбецилы станут самой мелкой вашей проблемой.
Мой «теле-пушкин» – сценарист «Интернов»Мне кажется, люди подле него становятся другими. Я провел два дня и весь во власти вот каких широких размышлений…
У него, даже когда в силу обстоятельств имеет место быть высшее напряжение умственных сил, вид джорджклуновский.
На четвертой минуте знакомства мне показалось, что ради своей профессии он готов пожертвовать жизнью, а я таких людей боюсь.
У них слишком свежий, как зелень в грузинском застолье, взгляд на жизнь.
Ему не нужна ничья, кроме его собственной, помощь, чтобы взять высоту.
В момент, когда мы познакомились, он готовил меня к съемкам в «Comedy Women» мыслями вслух о… стратегии; окрест сновали люди, я пытался клеиться к девчонкам, изо всех сил строя изо всех же сил высокохудожественное лицо, по-животному нервно реагируя на девичий смех – а напротив меня стоял высокий, крепко сбитый человек, несколько раз повторив интересующемуся только интимным настоящим грузину значительное слово «будущее».
Он сжатые в упрямстве зубы прикрывает ухмылкой просвещенного пижона, умеющего постановкой придать любой мизансцене, каждому дивертисменту ореол светлого самочувствия.
При этом он обязан обладать – и обладает – норовом, которого хватило бы на табун мустангов.
Мне кажется, люди подле него становятся другими. Я провел два дня и весь во власти вон каких широких размышлений.
