Она не возглавляет хит-парады, но работает, превосходно себя ощущая, не порхает, как бабочка, но, как бабочка, по-прежнему благолепна и где-то поет себя.
И ненавидит современный масскульт, включая сериалы и шансон, и жалит его, как пчела.
Она презирает сегодняшних обложечных героев, кувыркающихся в своей жалкой скоротечной славе.
Свиридова – дивчина гарна, это вы и без меня знаете, она не высокохудожественная и высокоразумная леди, но если ей не нравится С. Михайлов, последний слышит такое: «О, небеса! Дайте мне силы не ржать, слушая такие тексты!» А в конце следующий пассаж: «Один Валерий Меладзе, Агутин и Пресняков так и остались мальчиками, остальные вообще фрики. Что ж, на безрыбье и Стас Михайлов – Георг Отс, а Григорий Лепс – Джо Кокер».
АС привечает амбициозных людей, ее раздражают избыточно амбициозные людишки.
Слушайте:
«Ксения Собчак – термоядерное сочетание. Она умеет одеваться и не умеет быть расслабленной и доброй».
Анализируя собчаковские деяния, АС приходит к умозаключению, не бог весть какому свежему, но тем не менее: «Вот где пошлятина».
Поэтично настроенная АС добирается до Ваенги и разражается: «Она похожа на всех людей с плохим вкусом и не понимает этого». Но АС уверена, что Ваенгу и иже с ней ждет кармическое воздаяние.
Но между тем, ненавязчиво предъявив себя миру как камертон вкуса, сама АС прямо сейчас получит от меня кармическое воздаяние. За то, что обошла меня, говоря о хороших ведущих и журналистах. Так вот, Алёна Свиридова – камертон, но камертон, напрочь лишенный вкуса и объективности.
Но дело в том, что гневная проповедь Алены Свиридовой, немало дел наворотившей в начале 90-х, совпала со смертью британской певицы Эми Вайнхаусишвили. Смертью, которая была прогнозируема мною еще 42 года назад, когда она перенюхала даже самого
Все это ложное подражание добру, все это скверное подражание тому, что называется «сегодня я побуду хорошим родителем, морализатором, духовным ориентиром», не вызывало бы у меня такой саркастической реакции, если бы сами люди, выдающие себя за авторитетов, не были бы поглотителями всего, что хотя бы издали напоминает порошок, причем самыми интенсивными потребителями.
Я написал бы в отповеди, адресованной теперь уже самой Алене Свиридовой, что британская певица была алкоголиком и наркоманом, потому что ей было очень одиноко, что она не была готова к масштабам всемирной славы.
Собчак дурью мается, а что касается Димы Билана, который был, есть и будет моим младшим братом, – я опускаю комментарии, потому что он мне очень близок и я не знаю, куда он движется. И надеюсь, что тех подпорок успеха, которые выбрала та, которая сдохла, и та, которая семимильными шагами к этому движется, у него нет. Но я не допускаем в его нынешнее окружение и не могу отвечать за то, чтобы в его жизни не было никаких суррогатов.
Заменив меня на окружение, которое дерет с него деньги, он уже допустил присутствие в своей жизни суррогата. Но быть прокурором ему я не хочу.
Единственное, что я могу сказать в силу смерти случайной звезды, в силу полной гнева статьи забытой давно певицы, в силу Собчак, для которой нет моральных ориентиров кроме четырех домов на островах, я могу сказать только одно: никто никому не судья.
Каждый выбирает сам свою дорогу, но если эта дорога сменяется наркотической дорожкой, а в четырех домах на островах нет счастья, потому что Отарик всегда счастливее всех, даже в съемной квартире после развода с пониманием того, что все, что он оставил, он оставил детям, тогда не пеняйте никому, что вы подыхаете в безвестности от трех дорожек в кругу людей, которые вас не любят, а любили только тогда, когда вы были во главе всех рейтингов. Сдохните все, твари!
Госпожа Стоун полюбила Россию за бабки
Уже не смешно
Они приезжают к нам раз, второй, третий… Они с улюлюканьем летят в крутящуюся воронку легких денег и давно не слышанных комплиментов.
Артистка, может, и не номер раз, но сводившая с ума своей сексапильностью, а тем более недосягаемостью, Шерон Стоун превратилась в Надю Ручку, прирученную российскими толстосумами, подтвердив тем самым правоту неизменно остроумного Довлатова: «В колчане Амура попадаются отравленные стрелы».
Женщина, которая показала миру промежность – так, как никто и никогда до нее (да и после тоже), ведет юбилей человека, изменившего мир (М. Горбачева), на следующий день, не меняя выражения лица, «свадебной генеральшей» блистает на ДР ублюдка (я там был) в центре столицы моей страны, на третий – летит к Саакашвили на премьеру фильма о русских оккупантах, а на исходе недели планирует посетить Уфу для открытия магазина модной одежды.
Теперь, даже если у нее не будет новых ролей – а по тому, как она сыграла последние, их предложат скорее Вике Дайнеко, – она сможет прожить на российских харчах столько, сколько захочет, вкусно есть и пить до опузырения – с нашими-то банкирами. Эти-то любого, кто скачет пред ними козликом, принимают дружелюбно.
