– Смотри! – Нумминорих сунул мне под нос короткий обломок сухой толстой ветки. – Похоже, этой штукой он вырыл яму, прямо здесь, под крыльцом. Не знаю, зачем, в яме ничего не лежит. Но важно не это. А то, что ветку он держал в руках. Без перчаток. И на ней сохранился его запах – слабый, но вполне узнаваемый. Причём больше нигде этого запаха нет, как будто Карвен прилетел сюда по воздуху, потрогал ветку и улетел. Что всё-таки вряд ли. Вот так вот свободно летать на большие расстояния, контролируя не только курс, но и набор высоты за всю историю угуландской магии умели, насколько я помню из соответствующего курса, всего шесть человек. Или семь, если считать Безумного Рыбника. В смысле, нашего сэра Шурфа. Но большинство теоретиков магии считают, что его не следует включать в список, поскольку полёты являлись побочным эффектом его безумия и прекратились, когда он был исцелён. В общем, вероятность того, что Карвен Йолли это умеет, довольно невелика. И что тогда у нас получается?
– Очередная дурацкая головоломка, – огрызнулся я.
– Да. Но у этой головоломки есть одно простое решение: Карвен нанёс «Шиффинский шлафф» только на одежду, а на кожу не попало ни капли. Тогда вполне естественно, что ветка, которую он брал голыми руками, сохранила аромат его тела, вот и всё.
– Или человек, пахнущий «Шиффинским шлаффом», принёс сюда ветку, которую Карвен перед этим держал в руках, – мрачно предположил я.
– Об этом я бы тоже обязательно подумал, если бы не был нюхачом, – улыбнулся Нумминорих. – Но штука в том, что судя по запаху ветки, она пролежала в этом саду никак не меньше нескольких лет. Если бы у нас было время, я бы наверняка смог найти здесь дерево, на котором она когда-то росла. Но это, по-моему, не обязательно.
– Пожалуй, – согласился я. – Ладно, значит здесь был Карвен. Один, без спутников, я правильно понимаю?
– Похоже, что так. Получается, он действительно умеет ходить Тёмным Путём. Сам, без посторонней помощи! Представляешь, какой молодец?
– Да уж, – вздохнул я. – Молодец. Такой молодец, что хоть криком кричи. Надеюсь, с ним всё в порядке. Хотя бы просто жив.
– Жив, – уверенно сказал Нумминорих.
– Откуда ты знаешь?
– Я не знаю. Но чувствую. Я, конечно, не Мастер Преследования, а просто нюхач. Но когда ищешь по запаху уже умершего человека или зверя, это всё равно ощущается. Со мной уже несколько раз такое случалось, и я уверен, что смог бы сразу опознать этот эффект. Такое ни с чем не перепутаешь.
– Здорово! Вот это хорошая новость – что ты чувствуешь такие вещи. Ты мне раньше не говорил.
– Просто к слову не приходилось, – смущённо улыбнулся он.
В этом весь Нумминорих – считать свои необыкновенные умения чем-то настолько само собой разумеющимся, что глупо лишний раз о них вспоминать. Совершенно не удивлюсь, если в один прекрасный день выяснится, что он может сделать бессмертным всё человечество разом, или построить удобные Мосты Времени для общего пользования из камня и кирпича. Или хотя бы отменить рабство в Куманском Халифате. И на вопрос: «Чего же ты раньше молчал?» – пожмёт плечами: «Ну так я не знал, что это кому-нибудь интересно. Надо было сказать».
– А сейчас он где-нибудь поблизости? – спросил я.
– Это вряд ли.
– Тогда пошли.
– Сперва надо решить, куда именно.
– Хочешь сказать, он ушёл отсюда сразу в нескольких направлениях одновременно?
– Хвала Магистрам, не одновременно. Но в разных, да. Смотри, как было: сначала он побывал здесь несколько часов назад, провёл какое-то время, разгуливая по всему двору и наконец ушёл обратно. Примерно в ту же сторону, откуда пришёл. А сравнительно недавно он вернулся и ещё некоторое время топтался у крыльца. Видимо, как раз рыл яму. И наконец снова ушёл, на этот раз куда-то туда, к реке.
– Какое счастье, что ты различаешь не только сам запах, но и хронологическую последовательность. А то даже не знаю, как бы мы сейчас выбирали, по какому следу идти.
– Ну а как её можно не различать? – удивился Нумминорих. – Любой запах со временем выветривается и становится слабее. Ясно, что наиболее интенсивный след был оставлен недавно. Очень просто!
– Тебе всё просто, – невольно улыбнулся я. – Раз так, пошли по наиболее интенсивному.
– Ты хотя бы приблизительно понимаешь, где мы? – спросил я Нумминориха.
Мы шли уже примерно четверть часа. Ну то есть, как – шли. На мой взгляд, неслись по бездорожью, сломя голову. А по мнению Нумминориха, едва переставляли ноги. В такие моменты мне начинает казаться, что природа создала этого типа с единственной целью: быстро и качественно вогнать меня в гроб, если вдруг выяснится, что это необходимо сделать, а другими способами меня уже не проймёшь.
