Пока Лефевр не сообразила, что происходит, я протянул руку и поправил мягкую ткань, возвращая ее на место. Костяшки пальцев задели при этом сосок, и он тут же стал твердым. Асэна дернулась.
– Э-эм. Спасибо. – Она быстро отвернулась, а я довольно улыбнулся – не только же ей меня смущать.
Какое-то время мы просто перемещались по нескольким помещениям. В каждой комнате играла своя музыка, а светильники были разного цвета. Но свет все равно проникал сквозь прозрачные стены, поэтому цвета перемешивались, создавая причудливые тени и образы. Сначала все было довольно безобидно: женщины выпивали, общались, хвастались друг перед другом нарядами. Или вернее их отсутствием. Удивительно, но Лефевр была одета чуть ли не целомудренное всех.
Все изменилось, когда мы вошли в комнату с черно-красными светильниками. Стоило нам пересечь порог, как раздался голос той женщины. Я узнал, что ее зовут Марика и именно она организовала вечеринку. Марика хлопнула в ладоши и забралась на невысокую сцену.
– Милые мои, а теперь предлагаю начать то, ради чего мы все здесь собрались.
Она обвела взглядом толпу, и как мне показалось, задержалась на Лефевр.
– Наши рабы сегодня с удовольствием продемонстрируют свои умения и таланты. Дорогая Ксандра, знаю, вы хотели быть первой, – Марика сделала приглашающий жест рукой.
Женщина ловко вскочила на сцену. Там вспыхнул еще один светильник, и мое сердце замерло. В глубине сцены стояла четырехконечная распорка, к которой был привязан светловолосый мужчина, встречавший нас на входе. Его длинные волосы были распущены, а сам он был абсолютно голый. Его член стоял колом, хотя во взгляде не было ни капли желания.
– Я была так любезна, что предоставила Ксандре своего драгоценного Лирена. Малыш, не подведи меня, – она пригрозила мужчине пальцем и ушла со сцены.
Первый удар плетью вверг меня в полное оцепенение, а Асэна, стоявшая рядом, подпрыгнула. Ксандра охаживала плечи, живот и бедра Лирена плеткой, а когда член бедняги опадал, тут же опускалась на колени. Толпа весело подбадривала ее, когда она умудрялась полностью заглатывать немаленький ствол. А потом все начиналось по-новой.
Постепенно действующие лица на сцене менялись. Для меня ничего нового там не происходило – секс и насилие, замешанные в разных пропорциях. Примерно через час хвастовство «талантами» вышло за пределы сцены, и теперь из каждого угла слышалась возня и стоны. Асэна сидела на мягком шезлонге со стеклянными глазами. Уверен, она отсчитывала минуты до того, как можно будет уйти, и это не сочтут бегством. В какой-то момент она дернулась, чтобы встать, но не успела.
– Асэна, а что же ты?
Лефевр недоуменно взглянула на Марику, а у меня по позвоночнику пробежал холодок.
– Почему не используешь своего раба? Он же у тебя очень умелый .
То, как Марика произнесла последнее предложение, объяснило причину нашего здесь присутствия. Похоже, Лефевр как обычно не смогла удержать язык за зубами.
– Не хочется встревать, – с натянутой улыбкой ответила Асэна, а Марика оскалилась.
– Ну почему же? Пусть покажет на что способен.
Асэна смотрела на меня не мигая, при этом в ее взгляде удивительным образом сочетались «не смей меня трогать» и «если ты сейчас же что-нибудь не сделаешь». Конечно, можно было сказать, что это отличный способ поквитаться с Лефевр за то, что произошло в душе, но я достаточно закрывал глаза на проблему в академии. Мне просто хотелось прикоснуться к ней, и я собирался самым наглым образом воспользоваться затруднительным положением, в которое Асэна угодила.
Асэна
Мой мозг отключился. Полностью. Я не могла придумать, как выбраться из ловушки, в которую по собственной же глупости угодила. Сегодня сразу два человека будут отмечать свой триумф за мой счет. Я метнула острый взгляд на Марику, которая продолжала насмешливо улыбаться, потом вернулась к Элу. Он как-то странно смотрел на меня, и от этого хищного выражения лица стало не по себе. Я приготовилась к какой-нибудь выходке, но вместо этого он медленно опустился на колени рядом с моим шезлонгом. Мне стоило большого труда сохранить лицо.
– Госпожа, если желаете, я могу сделать, как вчера. Кажется, вам понравилось.
Эл опустил голову, а я нахмурилась – что он несет? Мои глаза хаотично перемещались по комнате, как будто разомлевшие люди могли дать на него ответ. Заметив, что сучья улыбка Марики постепенно сходит на нет, выпалила:
– Конечно. Приступай!
Не поднимая головы, Эл вскинул на меня взгляд, а уголок его верхней губы пополз вверх. Когда он протянул руку, а его длинные пальцы сомкнулись на моей лодыжке, я чуть не подпрыгнула. Он ничего не делал, только выводил круги на коже большим пальцем. Ладно, массаж ног в его исполнении я как-нибудь переживу, – мелькнула в голове мысль, но тут же сменилась другой. Почему Розвуд решил выручить меня?