Я прижал ее голову к своему плечу, уперся ногами в противоположную стенку и начал спускаться. Первые несколько метров дались достаточно легко, если не считать того, что на четвертом этаже мои пятки чуть не поджарились. Стеклянная перегородка раскалилась настолько, что я был уверен – в этом аду мало кто выжил. Где-то на уровне второго этажа все мое тело уже потряхивало от напряжения. Я до ужаса боялся, что ноги не выдержат и соскользнут – в таком случае мне ее просто не удержать.
– Знаешь, однажды я слышал, как твой женишок сказал, что у него от тебя искры из глаз. Вообще я думал, что это фигура речи.
Я уперся затылком в стенку, пытаясь распределить вес тела так, чтобы хоть немного дать отдохнуть ногам. К тому моменту, как мы добрались до первого этажа, я был готов рыдать от боли в горящих огнем мышцах. Но останавливаться было нельзя – судя по выстрелам, которые доносились с улицы, в Амид-зу началось восстание рабов. Из обрывков новостей я понял, что здесь что-то назревает, но не думал, что угроза реальна.
– Лефевр, прости, но тебе придется полежать вот в этом углу.
Я аккуратно сгрузил ее в противоположный от стены зданий угол и нашел сброшенную вниз ножку стола. Она была достаточно тяжелой, поэтому у меня хоть и с трудом, но получилось разбить стекло. Собрав в кулак остатки воли, потому что сил, откровенно говоря, уже не было, закинул Асэну на плечо и начал пробираться к выходу.
Снаружи все сверкало и громыхало, где-то вдалеке были слышны сирены, но, похоже, полиции до сих пор не удалось прорваться в район. А тот подбитый шаттл был патрулем, который работал на улице ночью. Не нужно было быть гением, чтобы понять – далеко мне с моей бессознательной ношей не уйти.
Я тыкался в каждую дверь на своем пути, пока одна из них не поддалась. Только благодаря тому, что в окно сверху попадали крохи уличного света, я не покатился по лестнице кубарем вниз.
Судя по всему, это было небольшое техническое помещение, в котором хранились уличные роботы-уборщики. Часто такое каморки располагалась в подвалах. Заблокировав дверь, я с большим трудом спустился по лестнице и чуть не завыл от счастья, обнаружив внизу некое подобие кровати. Подушки, которые использовались для уличной мебели, были сложены аккуратной стопкой вдоль стены.
– Лефевр, кажется, я нашел нам новый дом.
Я сгрузил Асэну на подушки и едва не загремел на пол, потеряв равновесие. Последние силы покидали меня. Оставалась самая малость – убедиться, что эта заноза жива.
– Если ты умерла, клянусь, я достану тебя и на том свете, Лефевр.
Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, приложил два пальца к шее. Ноги тут же подкосились от облегчения. В последний момент я успел зацепиться за подушки, подтянулся и рухнул рядом. Даже повернуть голову мне удалось с большим трудом. Асэна тоже была вся в порезах и царапинах. Одна крупная пересекала лоб, и из нее до сих пор сочилась кровь. Верхняя часть ее наряда давно сбилась, полностью оголяя грудь, а нижняя была в подпалинах и дырах.
Я протянул дрожащую от усталости руку и осторожно поправил полоски на груди. Теперь, когда она придет в себя, у нее не будет повода поворчать. Хотя кого я обманываю? Это же Лефевр. Закряхтев как старый дед, я повернулся на бок лицом к ней и начал проваливаться в сон. Или терять сознание. Впрочем, это уже не имело значения.
Асэна
Ужасно хотелось пить. Эта мысль и привела меня в сознание. Первые несколько секунд ушли на то, чтобы осознать кто я и вспомнить что случилось. Вспоминать, как оказалось, было особо нечего. Ну, кроме того, о чем думать пока не особо хотелось. С трудом повернувшись набок, я обнаружила рядом спящего Эла.
Выглядел он отвратительно: весь в копоти, порезах и крови. Рука взметнулась к собственному саднящему лбу и нащупала приличную царапину. Похоже, и от моего праздничного вида мало что осталось. Что вообще произошло? Я помнила лишь, как что-то взорвалось или обрушилось, дальше – темнота. Эл вытащил меня оттуда?
Приподнявшись на локте, обвела взглядом небольшое помещение, которое тускло освещалось двумя небольшими лампами в углу. Вдоль одной стены стояли роботы-уборщики, а мы лежали на подушках от уличных диванов. Вода. Мне нужна была вода.
– Эл, – тихо позвала я его, но он продолжал мирно сопеть.
С трудом перебравшись через неподвижное тело, я практически кубарем скатилась на пол.
– Ох.
Все мышцы ломило, голова раскалывалась на части и что-то было явно не так с ногой. Лодыжка распухла и боль распространялась вверх к самому колену.
– Ты решила убиться? – Раздался над головой хриплый голос. – Могла сказать сразу, и я бы не утруждал себя тасканием твоего бездыханного тела.
– Если я сейчас же не попью, то снова стану бездыханной, – огрызнулась, пытаясь безуспешно облизнуть пересохшие губы.
– Боюсь, здесь нет воды.
Эл со стоном, полным боли, повернулся на другой бок и теперь смотрел на меня. Совершенно некстати я вспомнила, что на мне нет белья и попыталась прикрыться прозрачным подолом.
– Можешь не стараться, через эту тряпку все видно.