Я перезарядился и выцелил следующего. Как раз того, что замер, прилипнув к потолку. Выстрелил туда же в брюшко. С этого ракурса даже проще было целиться. Попал, и даже до трех не успел досчитать, как тушка шмякнулась на пол.
Минус два, и остальные, наконец, поняли, откуда по ним грохочет. Кто-то завыл, кто-то зарычал, и десятки лап заскребли по стенам.
— Джордж, отходи, как будешь готов! Я прикрою, — крикнула Клара, передергивая затвор кольта.
Я тоже уже перезарядился. Навскидку, почти не целясь, выстрелил в бокового. Попал в спинку, но, кажется, до сердца не достал. Паук дернулся, его двум лапам по одной стороне будто бы стоп-кран дернули, и он кубарем скатился со стены. Начал лаять и брызгать во все стороны слюной. Такого же рыжего цвета, как и он сам. Несколько капель попали в зону работы фонаря, и я заметил, как плавится камень. Показалась тонкая струйка дыма, и донесся кислый запах чего-то квашенного и просроченного.
Я успел выстрелить еще трижды, прежде чем пришлось отступать ко второй преграде. Чуть ли не рыбкой туда нырнул, уже слыша, как лапы скребутся по дверному проему. Над головой дважды бахнула Хобс, оглушив меня и на второе ухо. Потом еще добавила, и я уже тоже подключился.
Первая волна, попытавшаяся с наскока проскочить в пробоину, оказалась самой тяжелой. Сразу три монстра, запрыгнули разом, рыча и толкая друг друга. Чуть ли не клубком перепутались, в котором совершенно невозможно было хоть куда-то прицелиться. А выстрелы просто в кучу малу, даже из сорок пятого калибра с близкого расстояния, лишь отбрасывали монстров. Следом за ними еще трое, потом еще — в последних двух я уже стрелял через щель в перевернутом столе. И то, тоже только отбросил.
Дальше поток выровнялся — самые шустрые закончились, пошли самые хитрые. Один попытался заползти с потолка, другой несколько раз высовывал морду, и только потом прыгнул. Еще и попытался закопаться в трупах своих же товарищей.
Но хотя бы шли по одному. Клара ловко, будто простым фанерным щитом, манипулировала громадным столом. Когда я был готов стрелять, чуть сдвигала его в сторону и тут же возвращала на место. Счет убитых спайдервольфов шел уже на третий десяток. Но вместе с ними и патроны. У меня осталось восемь штук, у Хобс один магазин был пустым, во втором максимум две штуки. Дважды я не успевал перезарядиться и хватался за молоток. И оба раза успешно — черепа проламывались на ура. Но второй раз я, видимо, зацепил то, что производило яд, и кончик молотка почернел.
Часа три уже прошло, а монстры все никак не заканчивались. В тамбуре уже свободных участков на полу не было. Рука бойца стрелять и бить немного уже подустала, и остался всего один патрон. Мы переглянулись с Кларой и закупорили проход, прямо перед носом следующего монстра. Хобс кивнула на каменный очаг, а сама уперлась в стол. Еще и раскорячилась так, чтобы в случае пробития до нее не достало.
Я быстро перенес все камни. Заложить проем мы даже не пытались, но столешницу подперли и усилили, где только смогли. И расселись по сторонам, спиной чувствуя удары лапами. Не знаю, сколько там осталось. Может, один, а может и сотня.
— Они хотя бы ценные? — спросил я, содрогнувшись от очередного удара.
— По двадцатке, — Ответила Клара, устало вздохнула и ткнула локтем в столешницу. — Да отвалите вы уже! Вас в Нейтауне небось ждут, пока вы здесь прохлаждаетесь.
— На четыре патрона бы хватило, — я повертел в руках последний и зарядил ругер.
— Не факт, — ответила Клара. — Точнее, факт, но не факт, что в Нейтауне. Сахарок из них редко берут, а вот яд скупают. Есть фабрика в Ганзе, так они его как растворитель используют. Кушать будешь?
— А есть что?
— У меня всегда есть, — усмехнулась Хобс. — Я же массу набираю. Ты, кстати, на сосиски так криво не смотри. Здесь не такие, что там. Местные, натуральные.
Хобс подтянула одну из своих сумок и кинула мне упаковку сосисок, следом достала небольшой термос и кружку. Налила в нее себе, а сам термос с крышкой катнула по полу к моей ноге.
— Скучаешь по дому? — спросил я, разворачивая еду. Не знаю, почему именно это спросил. Про монстров что-то уже надоело расспрашивать, а поговорить хотелось. Обстановка настраивала. Сидим уставшие, чаек пьем… Если бы еще не долбежка в спину, считай, что опять почти пикник.
— Неа, — ответила Хобс и прикрыла глаза. — Все важное я растеряла до перехода, а все, что казалось важным, здесь быстро потеряло свою актуальность. А ты?
— Не понял еще, — честно признался я. — Все важное тоже либо давно ушло, либо не сложилось. А потом… Даже не знаю и жил ли я там. Скорее функцию какую-то выполнял. Толком и цели-то не было, — я усмехнулся собственным словам, целей-то как раз было до фига. — Зато принципы были, свой какой-то даже кодекс.
— Это, например?
— Например, не стрелять по хорошим и особенно по беззащитным хорошим.
— Так ты киллер, что ли? — Клара приоткрыла один глаз, но не повернулась ко мне, а просто устало положила голову на плечо.
— Нет, — усмехнулся я. — Хотя те организации, на которые я работал, чуть менее общественные, чем твои.
