На секунду замерев на одном месте, она быстрым шагом удаляется. Почему-то я ей сочувствую: в конце концов, даже несмотря на наплевательское отношение к Оле и недавний демарш, она не заслужила такого обращения.
— Прекращай, — заступаюсь я. — Это не этично.
— Да ладно? Я всего лишь пошутил, — Гоша пожимает плечами. — Но раз вы такие серьезные, то я сваливаю.
— Шаров в своем репертуаре, — бурчит под нос Аня, когда он покидает наш отсек.
— По-моему, он веселый… — произносит Оля, но, заметив мой недоумевающий взгляд, сразу же замолкает.
Веселый? Серьезно? Она обманула меня и все-таки прониклась к нему теплыми чувствами после секса? Секса в гостевой спальне в моей квартире… Еле заметно морщусь, вспоминая, как поутру застала их в объятьях друг друга.
Мой мобильный телефон звонит. Это Алексей Константинович. По спине пробегают мурашки: вверх, потом вниз — даже друг папá теперь ассоциируется у меня с Тереховым. Вьющиеся смоляные волосы… Здравый рассудок обхватывает голову руками. Нервно сглотнув, принимаю вызов и прикладываю телефон к уху.
— Мария, привет! Уделишь мне минутку?
— Конечно, — нарочито непринужденно отвечаю я, хотя мурашки продолжают забег по спине.
— 29-го марта у Терехова день рождения. Будет грандиозный праздник. По обыкновению он приглашает и своих деловых партнеров, — Алексей Константинович выдерживает паузу. — Теперь компания «Х» — наш страховщик, поэтому сегодня приедет курьер и привезет приглашения. Там все написано, но если будут вопросы — звони мне.
— Спасибо, — благодарю я, хотя из-за визга тщеславия даже сама себя не могу слышать.
— Тогда, до скорой встречи! Хотя, твой отец приглашал меня отыграться в бильярд на этих выходных. Ума не приложу, как у него выиграть! Ты будешь?
— Конечно, — от воплей тщеславия у меня уже звенит в ушах.
— Тогда до субботы.
— До свидания.
Интриги Петровича, демарш Ландышевой, интрижка Шарова и Уховой, козни Максима — все это отходит на второй план. День рождения Терехова — и меня пригласили! Самолюбие бьет в гонг, а тщеславие кричит: «Ура» после каждого удара. Здравый рассудок приходит в себя только через минуту и восстанавливает в памяти слова Алексея Константиновича: «По обыкновению он приглашает и своих деловых партнеров», делая ударение на последнем словосочетании. Но тщеславие посылает его куда подальше и продолжает радоваться.
Витя все-таки согласился отобедать. В ожидании горячего мы обсуждаем празднование дня рождения Терехова. Приглашения, которые привез курьер — для меня и для Рябинова — на два лица.
— Он, правда, думает, что я с Аленой туда попрусь?! — возмущается он и закуривает.
— А что в этом такого?
— Да ничего! Хочет до моей жены добраться, ублюдок!
Хочу рассмеяться, но, увидев, какое ожесточенное выражение приобретает его лицо, подавливаю в себе это желание. Похоже, Витя и впрямь верит в зловещие планы своего однокурсника! Делаю глоток воды и достаю из пачки сигарету. Возможно, Алене и впрямь стоит остаться дома, и это лишь все упрощает: я тоже не собираюсь заявляться к Терехову в компании Кирилла.
— Пойдем вдвоем.
— А как же твой муженек?
— Ха! У нас с ним секс и ничего личного!
— Для тебя или для него? — он приподнимает брови.
— Для обоих, — парирую я.
Витя принимается хохотать до неприличия громко, и посетители за соседним столиком сразу же поворачиваются в нашу сторону.
После возвращения с обеда впервые за много лет совсем не хочется работать, и я не могу найти этому объяснения. Возможно, утомили интриги — Петрович, Лидочка, Гоша с Олей, Оля с Максимом — слишком много событий для одной рабочей недели. Или потому, что все мысли заняты Тереховым и его предстоящим торжеством? Здравый рассудок не прочит нам ничего хорошего, в отличие от тщеславия, которое ликует, заполучив в свою копилку еще одно подтверждение благосклонности Феофана Эрнестовича по отношению к нам. Впрочем, факт остается фактом — не хочу работать, и все тут! Посматривая на часы в правом нижнем углу монитора, равнодушно щелкаю мышкой по новым сообщениям, как вдруг вижу письмо, отправителем которого является F.Terekhov. «Доброе утро, Мария. Окажете содействие в страховании моего личного автомобиля?». Можно подумать, у него недостаточно подчиненных, чтобы кто-то из них позаботился о страховании его «личного автомобиля»! «Конечно, сообщите, с кем связаться. Я передам контакты сотруднику», — быстро набираю я и нажимаю на отправку. Меньше, чем через минуту приходит ответ с телефоном какого-то Геннадия. Гена, значит… Пусть будет так. «Я передам контакты сотруднику», — еще раз набираю я, но отправляю только спустя минут десять: пусть Терехов думает, что я очень занята, и его «личный автомобиль» не стоит первым в списке моих дел. «Благодарю», — приходит через несколько секунд.
— Оля, нужно застраховать машину, — деловито произношу я. — Пусть Афанасий займется, я скину ему контакты. Проследи только, чтобы без косяков.
— Ладно, — отвечает она. — А чья машина-то?
Сделав вид, что не слышу вопроса, беру в руки кружку и направляюсь на кухню. Незачем ей знать, к кому поедет Афанасий!
