Лань Шу опустил голову. Тело дрожало. Душа болела. Юноша впервые ощущал в себе такие ужасные чувства, не зная как с ними справиться. Видя столь опечаленный и подавленный вид дорогого человека, Вэй Сян не мог больше смотреть на него с холодом. Присев рядом, юноша помог своему слуге подняться, держа его за перебинтованные ладони.
— Пообещай мне больше никаких опасных трюков. Если пообещаешь, я прощу тебя, но если ты снова нарушишь обещание… — достаточно строго изрекал господин, что означала истину его слов, — Я тоже начну поступать эгоистично, и запру тебя в своих покоях, и ты никогда не получишь титул воина.
Данное условие звучало так же, если бы ангелу сказали, что если он вновь оплошает, то у него отберут крылья, заперев в клетке. Стремясь к высотам – в итоге потерять их, это страшная плата, но Лань шу было плевать на неё. Он был готов отдать всё, только бы дорогой сердцу человек дал ему своё прощение и перестал смотреть так холодно и отчуждённо.
— Обещаю. — уверенно дал клятву юноша, смотря глаза в глаза с господином, — Я больше никогда не подведу вас.
Это был предел Вэй Сян, и хоть он всё ещё был зол, но не мог больше сдерживаться, крепко обняв дорогого человека. Одна рука сползла ниже спины, а другая залезла под нижние одежды, начиная хозяйничать там на своё усмотрения.
— На чём мы остановились в карете? — шёпотом спросил на ухо господин.
— Вы желали меня поцеловать. — обхватив руками шею дорогого человека, Лань Шу был очень даже не против разряда. Особенно после столь тяжелого дня
— И не только, — улыбнулся Вэй Сян, уйдя с любимым человеком в свои покои, отлично проведя там ночь, выплеснув друг на друга все обиды и недопонимания, не представляя сколько ещё их будет на их сложном пути.
Вэй Сян открыл глаза, ощущая едкий запах дыма. Сфокусировав зрения, парень понял, что он находится на поле битвы. На той самой последней своей битвы…
— Да как ты.. посмел…я же.. я столько тебе дал.. Да без меня ты…
Услышав собственный голос в ушах, юноша повернулся, увидев себя, вот только на пару лет старше. Мужчина был ранен и выглядел как никогда злым. Вэй Сян помнил какая сильная ярость заполонила его в тот момент, когда он узнал о предательстве Лань Шу. Казалось, именно в тот момент великий Император и лишился жизни…
— Дал…Вы всегда видели во мне лишь вещь, господин. Я лишь вернул вам вашу «Доброту».
От столь холодного и пустого голоса дорогого человека Вэй Сян ощутил, как его лицо побледнело. Как он мог наслаждаться равнодушием любимого, ориентируясь лишь на свои предпочтения? Как же прошлая жизнь была ужасна…
— А я ведь тебя.. я…
— Что? Хотите сказать, вы любили меня? Если вы называете ту боль, что приносили мне каждый день – любовью, то проткнув вас мечом я…Подарю вам свою любовь.
Вэй Сян резко поднял голову, заметив как меч опустился возле головы мужчина, но так и не дотронулись его. В тот момент Император не понял с чего это предатель медлил, но сейчас видел ситуацию с другой стороны, осознав – у Лань Шу всё же имелись чувства к своему господину, но их разбили, как и его душу.
— Почему ты медлишь?
Повернув головой, Вэй Сян увидел Императора Бай. В новой жизни они ещё не виделись, да и не желал юноша больше связывать с ним свои партнёрские связи. Слишком ненадёжный человек.
— Я наигрался. — выдал мужчина, одним движением снеся голову с плеч Императору Бай, вызвав у всех стоящих воинов шок.
Вэй Сян помнил, как в тот момент испытал крупицу надежды. Надежды в то, что любимый человек одумался и встал на его сторону. Надеялся, что сейчас они победят врагов и сбегут, начав всё заново. К сожалению, надежды остались лишь надеждами.
— Знаете, предавать вас было весело. Мне очень хотелось посмотреть на то, как вы падёте, господин. Я думал после этого у меня появится новая цель в жизни, и я обрету счастья, о котором все так радостно твердят, но… Теперь мне хочется навсегда уснуть и больше никогда не помнить те дни, что мы с вами провели вместе.
От услышанных слов в глазах Вэй Сяна стало мокро. Как у взрослой, так и у юной версии. Лань Шу говорил с такой болью в голосе, что даже окружившие их воины не решались нападать, даже не ведая что нужно было сотворить с человеком, дабы он опустился до такого голоса…
Юноша сжал в руках грязную мелю, желая убить мужчину, что причинил Лань Шу такую боль. Но, к сожалению, невозможно убить того, кто и так уже мертв.
— Из-за вас я слишком сильно увяз в грязи, и теперь…Миру пора стать чуть чище.
Открыв янтарные глаза, юноша пару секунд пробыл словно в бреду, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя после кошмара. Повернув голову, Вэй Сян увидел Лань Шу, тихо посапывающего в кровати. На лице юного господина сверкнула улыбка, но стоила взгляду пасть на шею, как по коже прошлась холодная дрожь.
— Шу! — подскочив на месте, юноша до жути боялся вернуться к прошлому дорогому человеку.
К тому, кто предал его. Никогда не желал быть рядом. Никогда не любил его… Сейчас шея юноши была перевязана так же, как у прошлого Лань Шу, скрывающего свой шрам от чужих глаз.