Молодая полька Мария Склодовская приезжает в Париж с единственной целью – заниматься наукой. В Сорбонне она начинает свои исследования и встречает любовь – Пьера Кюри, единственного человека, который принимает ее сложный характер и далекий от шаблонов взгляд на мир. Вместе они погружаются в изучение радиации, открывают два новых элемента и переворачивают устоявшиеся в научном сообществе представления о законах физики и химии. Но Пьер и Мари не подозревают, какую цену придется заплатить, чтобы получить признание и принести пользу человечеству.Сара Раттаро дает слово самой ученой. Страницы романа – словно ее дневник, полный сокровенных мыслей и надежд. Мари проходит долгий и тернистый путь от подпольного университета до получения двух Нобелевских премий, сталкиваясь с гендерными предрассудками и преодолевая последствия публичных скандалов. Она разрушает стереотипы – как в науке, так и в жизни, – оставаясь искренней, невероятно смелой и упорной. «Я – Мари Кюри» – история женского гения в мужском мире.Влюбиться в женщину, которая откроет новый элемент, вот это и правда необычайно.Для когоДля современных девушек 25+, живущих в крупных городах, находящихся в отношениях, с семьей и детьми, путешествующих, увлеченных своей работой и хобби, активно интересующихся женской повесткой, историей и наукой.Настанет день, и они узнают, чего ты на самом деле стоишь.
Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)
Главный редактор:
Заместитель главного редактора:
Руководитель проекта:
Арт-директор:
Дизайнер:
Редактор:
Корректоры:
Верстка:
Фотография на обложке:
Разработка дизайн-системы и стандартов стиля:
© Sara Rattaro, 2024
Published & Translated by arrangement with Silvia Meucci Agency – Milan.
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2025
Жизнь не легка ни для кого. Но стоит ли придавать этому значение? Мы должны стремиться к цели и быть верными себе. Нужно помнить, что каждый из нас наделен своим даром, и суметь разглядеть этот дар.
Он погиб под колесами конного экипажа.
Это произошло в четверг вечером, он просто хотел перейти через улицу. Взял левее и, сделав несколько шагов, столкнулся с лошадью. Наверное, он растерялся, почувствовав, как ноги скользят по мокрой мостовой, и упал. Он чудом остался жив – лошадиные копыта и передние колеса тяжелого экипажа лишь слегка задели его лицо. Кучер не смог остановиться и попытался хотя бы свернуть в сторону.
Но заднее левое колесо подмяло под себя то, что оказалось на пути. Шесть тонн раздавили его голову.
Несчастный случай, досадное происшествие – так, ничего особенного, обычное дело.
Вот и все.
Париж был странным в тот вечер. Обратился в женщину, которая укуталась в безыскусную стыдливость, словно чувствовала себя виноватой. Огни города и его рокот, от которого глохнешь, отступили, и вместо них – скромное платье и собранные в строгий узел волосы. Тогда, 19 апреля 1906-го, Париж не желал быть обольстительным, и я непременно заметила бы это, если б рядом со мной не было Ирен, а еще дождя.
Едва переступив порог дома, я поняла, что он стал другим. Воздух, как и всегда, был сухим, но атмосфера была полна напряжения. Витал едва уловимый запах сырых пальто, мокрых калош и сигаретного дыма. Эмма, наша гувернантка, ждала меня, стояла посреди комнаты, точно приросла к полу, и была до странного бледной. Она посмотрела на меня с таким выражением, которое я в первое мгновение не сумела истолковать. Поспешив к моей дочери, она сняла с нее пальто и тут же увела на кухню, словно не хотела оставаться наедине со мной. Лишь потом, возвращаясь мыслями к этим минутам, я поняла, что Эмме было страшно.
