И это действительно было так. Дорожку аллеи замостили фигурными кирпичами без всякого соблюдения узора, здания обладали неким сельским шармом и индивидуальностью, которые отсутствовали в центральных системах. Молодые люди проходили мимо различных лавок с деревянными фасадами, в которых продавалось различное старье для туристов, чуть подальше начались галереи необычной живописи здешних художников, а еще чуть дальше расположились рестораны, в которых подавали деликатесы со всего сектора.
Всевозможные закусочные и бары соперничали между собой в привлечении клиентов. Ароматы дюжин различных кухонь смешивались в одну дразнящую массу вкусов. Прожив порядком на диете из бурды солдатской столовой, Арктур только сейчас осознал, как сильно он соскучился по нормальной еде.
Уличные артисты развлекали прохожих разнообразными нарядами, кукольными театрами и магическими фокусами. Отовсюду летел смех. Роскошные лампы висели на железных столбах, и оптоволоконные линии разноцветных огней окутывали ветки деревьев, все это создавало праздничную атмосферу. Люди толпились на улицах, богатые мужчины и женщины очевидно знатного происхождения. Арктур заметил, что многие из лиц имели странное, слегка тревожащее однообразие. Но потом он догадался, что скорей всего тому виной послужили пластическая хирургия и генная терапия.
Юноша обратил внимание на группу солдат, которые выпивали около сделанного наспех бара. Бойцы требовали выпивку и свистели проходящим девушкам, чем ярко выделялись среди остальной прогуливающейся публики. Когда они заметили Арктура, их выкрики моментально стихли. Проходя мимо, Арктур уважительно кивнул солдатам. Судя по знакам различия на их форме, это были военнослужащие рядового и младшего сержантского состава. Один из солдат, молодой парень, на вид едва достигший призывного возраста, вскочил и отдал Арктуру воинское приветствие.
— Добрый вечер, лейтенант. Добрый вечер, мисс, — поздоровался парень, и Арктур даже с нескольких метров уловил запах алкоголя.
— Добрый вечер, солдат, — откозырял ему в ответ Арктур. Ни один из этих людей не был ресоцом, и вежливость требовала переброситься с ними хотя бы парой слов. Однако слишком сближаться с ними тоже не стоило. — Как тебя зовут, сынок? — добавил он.
— Рядовой Шоу, сэр, 57-й десантно-саперный, сэр.
— Что, парни, развлекаетесь? — спросил Арктур с широкой улыбкой. — Поддерживаете славную традицию нашего корпуса?
— Сэр, так точно, сэр! — выкрикнули солдаты, подняв сжимавшие выпивку руки.
— Молодцы, парни, — похвалил Арктур. — Так держать. Только ведите себя хорошо.
— Безусловно, сэр, — сказал рядовой Шоу. — За нас не волнуйтесь, сэр!
— Я не за вас волнуюсь, — сказал Арктур. — Я беспокоюсь о здешних женщинах.
Солдаты засмеялись. Арктур козырнул им на прощание, и вернулся к Жюлиане. Бойцы одобрительно зашумели, когда девушка взяла молодого лейтенанта за руку.
— Ты такой нарядный в этой форме, — сказала Жюлиана. — Она тебе идет.
Арктур улыбнулся. Действительно, форма чертовски шла ему. Два года службы в армии добавили мяса на костях, из чего в итоге получилась приличная мускулатура. Выражение лица приобрело жесткость, и держался он с самоуверенностью, которой до этого, конечно, обладал как молодой человек, но которую теперь носил как вторую кожу.
— Спасибо, Жюлианна. Я уже говорил тебе, что ты прекрасно выглядишь этой ночью, но комплиментов для дамы никогда не бывает слишком много, верно?
— Определенно, — согласилась Жюлиана. — Я не видела тебя два года, хотела произвести впечатление.
— Ты определенно преуспела, — сказал Арктур, оглядываясь. — И всякий мужчина, у которого бьется сердце, определенно думает так же.
Она улыбнулась и сказала:
— Ну, оборачиваются ведь не только на меня. Знаешь, ты тоже привлекаешь немало внимания.
Конечно Арктур замечал, что некоторые из женщин улыбаются ему, и даже кое-кто из мужчин, что прогуливались по аллее, но предпочел об этом скромно промолчать. В некоторых женских взглядах читалась откровенная похоть, но большинство остальных людей просто кивали в дань уважения к его профессии военнослужащего.
— Ну, говорят же, что женщины любят мужчин в форме.
— Это правда, — мягким игривым тоном подтвердила Жюлиана. — Мы, женщины, слабые создания, и легко попадаемся на коварные уловки мужчин.
"Если бы вы только знали, как легко", — подумал Арктур.
Ресторан представлял собой удивительную смесь из вульгарности крайних миров и шика центральных. Арктур так не смог определиться — отвратное заведение, или чарующее. Жюлиана приняла решение за него, когда при виде «бара» рассмеялась и захлопала в ладоши, после чего объявила, что это как раз то, что надо.
Слой краски на деревянном полу выцвел и местами протерся ногами тысяч обедающих. В помещении было дымно и пахло чем-то очень знакомым. В ресторане оказалось около сотни людей. Их оживленные разговоры сливались в единый гул, что способствовало атмосфере уюта.
