Я — Мэрилин Монро полностью

Через две недели после свадьбы Мэрилин Монро и Артур Миллер отправились в Лондон на съемки фильма «Принц и хористка».

Однако идиллии ожидать не приходилось, поскольку с ними вместе полетели еще Пола и Ли Страсберги и Милтон Грин. А как это ни печально, все они с Миллером не ладили. И между собой тоже. К тому же у Страсбергов и Лоуренса Оливье были кардинально разные взгляды на актерское искусство. Пожалуй, можно сказать, что Мэрилин сама привезла с собой клубок скандалов и волнений.

Перед съемками Оливье писал Билли Уайлдеру и Джошуа Логану, спрашивая их совета, как работать с Мэрилин. Оба ответили, что будет нелегко, но зато результат того стоит. «Готовьте камеру, помещайте перед ней Мэрилин и держите Полу подальше от съемочной площадки, хотя полностью отказываться от ее услуг не следует: она заряжает Мэрилин необходимой энергией», – советовал Логан.

Но к сожалению, у Лоуренса Оливье оказалось недостаточно терпения. Работа шла тяжело – Мэрилин не понимала его указаний, а его раздражали ее опоздания, истерики и непонятливость. К тому же он терпеть не мог Полу Страсберг с ее советами. Когда фильм наконец был закончен, оба вздохнули с облегчением и расстались, желая никогда больше друг друга не видеть.

Когда фильм «Принц и хористка» был готов, Лоуренс Оливье был потрясен – сбылись предсказания Уайлдера и Логана, на экране Мэрилин была великолепна и затмевала всех, в том числе и его самого.

И действительно, несмотря ни на что, этот фильм стал, возможно, вершиной творчества Мэрилин, ее лучшей работой. Она невероятно искренна в роли хористочки Элси Марины, покорившей балканского принца. Ни в одном ее жесте, ни в одном взгляде нет ни малейшей натянутости, на ее лице отражается целый спектр эмоций, а уж сцена, где Элси от скуки постепенно напивается, – вершина творческой импровизации, достойная лучших комиков мира.

Леди Сибилл Торндайк, легенда британской сцены, игравшая в фильме вдовствующую королеву, говорила: «Мне казалось, она точно не потянет, просто пороху не хватит, но стоило увидеть ее на экране – господи, до чего же здорово! Прямо откровение… Вот что такое прирожденная киноактриса, подумалось мне».

Да и сам Лоуренс Оливье, отдохнув от того ада, которым для него была работа с Мэрилин, признал: «Ни у кого не было во взгляде столько неосознанной мудрости; ее личность доминировала на экране. Она сыграла как настоящая звезда».