Собирая осколки, мама вдруг говорит:
– Забыла тебе сказать, Лера заходила утром. Я сказала ей, что ты вышла прогуляться. Ты бы позвонила ей. Она же волнуется за тебя.
– Позвоню мам, чуть позже.
Мы с ней давно не виделись. Вернее я не хотела никого видеть. Мама рассказала ей всё. Об аварии. Об Игоре. О моем душевном состоянии. О моей болезни. И я в курсе, что Лера беспокоится за меня. Однако я пока не готова говорить с ней. Так же как и с Максом. Мой телефон разрывается от многочисленных входящих звонков, а того самого, заветного звонка – нет.
– Мам, я пойду в кабинет дедушки, ладно? – и не дождавшись ответа, неуклюже спускаюсь со стула, чтобы после исчезнуть в дедовском кабинете.
Вибрация. На телефон приходит очередное сообщение от Леры. И я бы снова отложила их в долгий ящик, не стала бы даже открывать, если бы мое внимание не привлекло содержимое письма – подруга мне прислала ссылку на какой-то сайт.
Неизвестно откуда взявшееся беспокойство обрушивается на меня совершенно неожиданно и не к месту, а сердце замирает в нехорошем предчувствии.
Раскрываю сообщение целиком, пробегаюсь по строчкам: "Тебе нужно на это взглянуть, Алекс". После, затаив дыхание, перехожу по ссылке. Страница загружается мгновенно, и передо мной предстает яркая страница "желтой" газетенки, где ядовито-красными, жирными буквами выведен кричащий заголовок статьи одной прыткой журналистки. "Под кайфом разбился предпоследний из Соколовых", – написано на всю ширину страницы. Чуть ниже слова той же журналистки: "Мой источник сообщил, что 25 числа 2019 года в районе 7-8 часов вечера в страшной аварии погиб не кто иной, как родной племянник известного архитектора страны, завидного и богатого холостяка, Соколова Игоря Константиновича. Андрей, так зовут племянника, находясь в состоянии наркотического опьянения, стал виновником страшной аварии, где пострадали и были госпитализированы в больницу два человека в тяжелом состоянии. А самого Андрея, к нашему глубочайшему огорчению, спасти не удалось…"
Двуличные твари! И… под кайфом? Серьезно? Так и хочется вцепиться в эту змею, что посмела так очернить семью Игоря. Волосы бы повыдирала этой журналистке за откровенно наглую ложь! Не был Андрей под кайфом, и не он вылетел на встречку! Интересно, кто этот источник? Откуда ему всё известно? И почему он бессовестно врет?
"Город, в котором произошла это ужасная трагедия, мой источник по неизвестной причине не стал раскрывать, – продолжаю я читать, – и наши сотрудники также не смогли докопаться до истины. Но это и не удивительно, принимая во внимание предыдущие случаи с правонарушением Андрея Соколова, вождение в нетрезвом виде, бесконечные драки в клубах и барах славного города Санкт-Петербург и последующее за этим скоропостижное закрытие дел, как уголовных, так и административных, наш глубокоуважаемый Игорь Константинович, надо полагать, позаботился о решении подобных вопросов и на сей раз. Ничто нынче не указывает на свидельство вышеупомянутой аварии…"
Можно ли ненавидеть кого-то настолько сильно, что хочется задушить этого гада собственными руками? Точнее одну конкретную гадину!
Пролистываю ленту новостей вниз и натыкаюсь на видеоролик: "Интервью с Соколовым". Закусив нижнюю губу, включаю проигрыватель и замираю при виде родного лица. Он выглядит печальным и раздраженным, пытается пробраться сквозь толпу перегородивших ему дорогу журналистов в высокое здание офиса его фирмы.
– Без комментариев, – сохраняя спокойствие, отвечает Игорь на множество сыплющихся на него вопросов.
– Считаете ли вы произошедшее с вашим родственником злым роком, что неотрывно преследует вас и вашу семью? Ваши родители погибли в авиакатастрофе, сестра умерла от рака, а теперь вот еще одно несчастье, не боитесь ли вы за свою жизнь? – громче всех выкрикивает одна рыжая особа, растолкав коллег и совсем близко подобравшись к Игорю.
– Без комментариев, – повторяет он и, наконец выбравшись из безумной толпы, скрывается в здании.
В гневе швыряю телефон на стол и подхожу к окну. Медленно падает снег. Он успокаивает. Это всего лишь грязный, лживый мир журналистики. Игорь предупреждал об этом, как и о том, что рано или поздно приходит иммунитет на таких вот "желтых людишек". Надо учиться держать себя в руках, несмотря ни на что. Так он говорил. Но вряд ли у него самого это всегда получается. Вспомнить хотя бы нашу с ним первую встречу – иммунитетом это никак не назовешь…
"Наша с ним история закончилась, не так ли?" – спрашиваю я себя, чуть позже забравшись с ногами на подоконник и тихонько роняя слезы отчаяния.
10 января 2020.
Пятница.
Сегодня экзамен по эконометрике. Наверное, я не готова, и мне не следовало приходить в универ. Скорее всего я бы так и поступила, будь экзамен по другому предмету. Однако сегодня я пришла не сессию сдавать, а чтобы поговорить с Игорем. На экзамене-то он обязан меня слушать. Там он не сможет отвернуться от меня, или убежать, или нажать на красную кнопку с изображением телефонной трубки.
