Продолжение книги «Предсказанная любовь». Эмоциональная история любви! Разлученные навсегда, Даниэль и Мирослава остались каждый в своем времени. Две тысячи лет пролегло между ними – пропасть, которую невозможно преодолеть. Долгая разлука ранила их сердца и души. Даниэль не слышит музыку, скрипач оглох. Мирослава каждый день рискует жизнью, участвуя в экспериментах над людьми. Но смелая девушка-мод решила не сдаваться и найти возлюбленного. Сможет ли она преодолеть бездну времени и вернуться к Даниэлю? Или судьба опять разведет их в разные стороны?
Глава 1. «Джимми, Джимми, иди, иди, иди»
Ночью ему приснился сон.
Не бог весть какое событие, но снов Даниэль не видел уже давно. Обычно он радовался, что очередной пустой день наконец-то заканчивался, с облегчением принимал красную, прочерченную поперечной полоской таблетку снотворного, падал в кровать и через пятнадцать минут проваливался в темноту – вязкую и черную, как ноябрьская жижа на дорогах. Вставал по будильнику смартфона, жизнерадостно голосящего петухом. Даниэль ненавидел злосчастную птицу. Он представлял, как наглый самодовольный петух сидит на заборе и дерет горло, важно растопырив пышный хвост и якобы приветствуя новый день.
Даниэль мог выбрать мелодию приятнее, но назойливые петушиные вопли все же не менял. Музыка ушла из него, и любой трек, даже синтезированный, вызывал головную боль. Петуху приходилось кукарекать долго, потому что выбираться из тяжелого забытья Даниэлю не хотелось. Незачем.
Но он все же вставал. Психотерапевт рекомендовал тщательно соблюдать режим и жить от точки до точки. Первая точка – сунуть ноги в тапки, следующая остановка – в ванной. И Даниэль поплелся умываться. А затем – часовая восстановительная гимнастика для вывихнутого плеча, завтрак, прогулка, препирательства с матерью, которая непременно хотела показать его самому лучшему психотерапевту, «светилу из светил», у которого даже бывшие суицидники обретают смысл жизни и начинают петь и танцевать.
«Как в индийском кино», – усмехнулся Даниэль.
Болливудские фильмы один за другим смотрела на ноутбуке молодая экзальтированная девица, соседка по бизнес-классу в самолете, когда Даниэль летел из Нью-Йорка в Лондон. Девушка плохо настроила наушники, и песни знойных красавиц и красавцев громыхали вовсю. Даниэль долго терпел, но все же попросил звук убрать. Девушка поджала губы, обиделась. Пришлось объяснить соседке, что вчера он играл двухчасовой концерт, а сейчас хочет побыть в тишине.
Девица радостно завизжала: «Так вы музыкант!» и поставила отрывок из любимого фильма. Даниэль вежливо посмотрел, похвалил, от другого клипа отказался, вставил в уши затычки и уснул.
Но вот сейчас вспомнил.
Он представил толпы бледных немочей с обрывками веревок на шеях, с перевязанными запястьями и подключичными катетерами. Одетые в нелепые больничные рубашки в мелкий цветочек, с завязками на спине, немочи размахивали стойками для капельниц и торопились к двери с табличкой «Психотерапевт-светило». От психиатра они выходили свеженькими и румяными. Бодро скакали под аккомпанемент танпура1 и барабана пакхавадж2 и замысловатыми жестами рассказывали о том, что раньше они одной ногой стояли в могиле, а теперь благодаря чудо-доктору радуются солнышку, облачку в голубом небе и луже возле мусорного бака.
Экс-суицидники призывали Даниэля наконец-то решиться зайти к светиле-доктору и присоединиться к ним. Немочи организовали упорядоченный ансамбль, протягивали к нему тощие исколотые руки, весело и пискляво пели высокими голосами:
Джимми, Джимми, Джимми,
Идем, идем, идем.
Джимми, Джимми, Джимми,
Идем, идем, идем.
Идем же со мной,
Эта бессонная ночь
Зовет тебя – услышь!
Спой ей ту мелодию.3
Глава 2. Психотерапевты и Доктор Кто
Но Даниэлю не для кого было петь и поэтому от очередного шринка он отказывался. Когда-то он согласился с диагнозом, который поставила мать – депрессией – и послушно ходил на лечебные психотерапевтические сеансы, но ничего не получалось.
Даниэль никак не мог ответить на простой вопрос, что же такое с ним произошло, спотыкался о невозможность сказать, что страшный черный человек выкинул Мирославу в жуткое место, название которого он забыл… Но хорошо помнил, как Мири уходила – заплаканная, босая, в его футболке4. Она очень любила эту обычную белую майку, радовалась, что быстро разгадала фирменный логотип: две первые буквы названия бренда Under Armou – U и A, вплетенные друг в друга.
Как психотерапевт сможет вылечить его? Вернет Мири? Нет, не вернет. Или поможет забыть тот тяжелый камень, которым придавил его человек в черном? Забыть ледяную преграду, которую тот выстроил между Даниэлем и Мири, не дав им даже попрощаться по-человечески? Пожалуй, да, это шринк сумел бы. Но тогда надо будет рассказать о том, что произошло, а Даниэль не мог.
О, теперь Даниэль хорошо понимал Мири, которая на его расспросы замыкалась и молчала. Она знала, что он ей не поверит.
Даже сейчас Даниэль не мог ответить на вопрос, поверил бы или нет? Неохотно признавал, скорее всего – нет. И спешил добавить – конечно же, он бы не подумал, что девушка психически больна, а решил, что она безудержно фантазирует.
Поэтому на лечебных сеансах он угрюмо молчал или что-то невразумительно мямлил. Даниэль считал, что на девочку-фантазерку он не похож, а прослыть психом не хотел. Почему-то ему было не все равно и это последнее «не все равно» давало надежду, что он выкарабкается из тряского болота депрессии и снова начнет слышать музыку.
