— Ааа… Поняла. А почему?
— На это нужно много сил затратить, а мне они очень нужны.
— Ясно.
— Кушай.
— Да-да, я итак, — проглатываю божественно вкусный коктейль.
Более за столом бесед мы не вели. Всё, что мне хотелось узнать, небожитель сказал приберечь на завтра. Так и сделаю. Завалю его вопросами, что волосы дыбом встанут. А сейчас, добравшись наконец-то до мягкой как облачко кровати, ложусь раскинув руки в стороны прикрыв глаза.
— Да кто выдумал эту зарядку ещё и на небе? Я всю жизнь сбегала с урока физкультуры, а тут такое и без права на справку об освобождении!
— Тяни себя руками! Они невероятно слабы! Как ты чашку ими держишь?! — Какой злющий ангел-физрук! Вот попадись мне на глаза Серафимушка, всю душу из тебя вытрясу!
— Хватит думать о ерунде! Ты не мозг тренируешь, а тело! Которое кстати, совершенно никудышное!
— Что?! — Обливаясь потом пытаюсь подтянуться всё ещё первый раз.
— Твоя физическая подготовка просто ужасна!
— А я никуда себя и не готовила!
— В ангельской иерархии таких слабачек никогда не было!
— Да перестаньте на меня орать! — Спрыгиваю с турника.
— Ложись на спину и качай пресс!
— У вас то он точно от природы такой, почему же я должна так убиваться!?
— Три сотни раз!
— Что?!?!
— Триста пятьдесят!
— В смысле?!
— Четыре сотни!
— Ладно! Черт! — Принимаю лежащее положение.
— Считай громко!
— Оволосеть…
Корчась от боли во всём теле думаю, что это мой предел и скоро помру, громко закричав семнадцать! Ну почему я до сих пор в сознании? Где мой любимый обморок? И трехдневный сон? Ууу… Монстры! Разве могут милые ангелочки, о которых нам всю жизнь вещали быть такими кровожадными тиранами? Это они людей защищают? Не от себя ли? Двадцать первый раз подъема торса привел к трясучке рук и головы, а затем и остального включая ноги. Рухнув без сил, согласна на исчезновение пола. Пусть пропадет к чертям и я улечу на землю разбившись в лепешку…
— Я разве просил заниматься с ней физическими нагрузками сегодня?
— Серафимушка… — кряхчу протянув руку брюнету.
— Она же совершенно не выносливая и слабая, — пытался оправдаться мерзкий ангелишка.
— Так научи её дышать для начала.
— Я умею дышать, благодарю, — усмехаюсь корчась от ноющей боли в области живота.
— И ты способна также как мы не дышать более семи дней?
— Никто на это не способен, — кручу у виска.
— Ошибаешься.
— Да не в жизнь не поверю.
— Дарен, она слишком вредная и слабая, — так у этого Серафима есть имя? Хм, ясно.
— Это кто вредный?! — Поднимаюсь задрав голову.
— Ты! И противная!
— Ах ты говнистый ангелок!
— Хватит, — прогремел Дарен, — Возьмем небольшой перерыв.
— Ей это не поможет, — булькнул кучерявый блондин.
— Т… — не сумев продолжить смотрю на лицо Серафима. Зачем он наклонился? Заглянуть в мои глаза? Ох черт, что он делает? Меня это нервирует. Зачем так близко?
— Стали ещё светлее.
— Что… что? Это…
— Идём, — не прикасаясь, Дарен легонько пихнул меня плечом.
— Куда?
— Научись быть терпеливой, — проходит мимо направляясь к выходу. Следую за ним.
— Что с моими глазами?
— Они становятся светлее.
— Так эти звезды не ангелы? И пропадают не они?
— Звезды, как ты выражаешься — это твой резерв жизни, который иссякает.
— Как-то странно, я не чувствую себя так уж плохо.
— Можешь и не чувствовать, но это так.
— Тогда как остановить уничтожение себя?
— Эта сила пожирает твою душу, плоть и энергию, её необходимо изъять.
— Огненное ведро? — Закатив глаза, Серафим открыл передо мной высокие двери.
— Проходи.
— Это церковь? Мы пришли помолиться?
Не отвечая на мои вопросы, Дарен прошел между рядами скамеек остановившись у алтаря. Правда вместо привычного нам бога, передо мной стоял огромный золотой крылатый ангел. Похоже он у них тут главный.
— Иди.
— Ку-куда? — Смотрю на металлическую фигуру, а затем на Серафима.
— Внутрь.
— В смысле?
— Твои силы восстановятся, как и воспоминания. Если выдержишь.
— Но я… почему сейчас? И что значит, если выдержу?
— Войди внутрь и открой душу.
— Ну и ну, — приблизившись к трехметровой статуи сглатываю.
Вот так без предупреждения, я должна залезть в этот саркофаг золотой? Это же чертовски страшно, а что, если он не откроется? Или никто не услышит мои крики о помощи? Он убить меня решил? Хотя зачем ему это? Он хочет получить мой огонечек, а значит убить не может, так ведь вроде он сказал? А я так просто взяла и поверила? Что, если откажусь? Повернувшись к Серафиму с твердым намерением отказаться встречаюсь с завораживающим и жутко пугающим взглядом черных глаз. Дьявол. Что ж, мне всё понравилось и обед и ужин, ванная и дом на облачном пустыре, прощайте. Переступив невидимый порог, оказываюсь внутри крылатой статуи. С грохотом за мной сомкнулись двери. Но и на двери это правда не было похоже.
