— О том, что скрыто священным ангелом не стоит говорить со всеми подряд.
— А мне плевать если вам не понравится то, что я скажу. Можете изгнать меня за это.
— Ты не понимаешь, что значит быть изгнанным.
— Да ладно? Может и тебя судьба попинала из одного места в другое? Может с неба вышвырнули как ненужную вещь?
— Нет. Меня никто не вышвыривал, но и не сражался за меня.
— Так и за меня не сражаются, скорее готовы передарить, ещё и даром.
— Тогда отчего наш Серафим скрывает тебя даже от собственных братьев?
— Не от большой любви уверяю. Чистой воды корысть.
— Ты засветилась и теперь нужна всем.
— Всем? Какое абстрактное понятие, пх.
— Не важно, только не попади в обитель зла.
— Опузыреть, а Серафим ваш настаивал, что дьявола нет в этом мире.
— Дьявола?
— Ага.
— Падшие ангелы, они же темные, страшнее прочего зла во всей вселенной.
— Жуть как страшно, хах. Я не хочу есть. Унеси.
— Я не прислуживаю тебе, — разозлилась девушка.
— А что ты делаешь?
Забрав молча поднос, обиженная, она ушла из спальни. Катитесь к чертям собачьим. Неужели они рассчитывают на понимание и уважение с моей стороны к этим омерзительным существам? Когда меня выкидывали отсюда, сомневаюсь, что кто-то думал о моих чувствах. Извиняюсь господа, но я не ангел!
Слушая ветер улавливаю каждый шорох вокруг. Не открывая глаз чувствую умиротворение всем сердцем и телом. И приближение шагов.
— Ближе не подходи.
— Твоя медитация продолжается семнадцать часов, Оливия.
— И?
— Есть кое-кто, кто сможет нам помочь.
— Нам?
— Да.
— А может тебе?
— Это твое тело разрушается.
— Это ты не сможешь спалить весь ангельский мир, — и это большее, что я сказала ему за последнее время.
— Ты ошибаешься. И я не желаю спалить ангельский мир.
— Думаю время пришло поговорить, — встаю перед ним в полный рост открыв глаза.
— Оливия.
— Я знаю, что они практически выгорели.
— Они не просто выгорают, половина зрачка серая, другая пока черная и белые точки в самом центре. Нам нужно поторопиться.
— Иначе не успеешь вынуть эту хрень из меня?
— Возвращаемся к началу?
— Тебя это бесит?
— Хватит, — злится Дарен.
— Я вижу как раздражаю тебя, но знаешь, мне всё-равно, — усмехаюсь, — Вы избавились от меня шестнадцать лет назад не понимая как ценна моя жизнь, а теперь ты хочешь вернуть меня.
— Не хочу. Мне плевать на тебя и твои чувства. Я обозначил сразу то, чего хочу и не лгал.
— Ага, помочь мне избавиться от того, без чего моя жизнь не сможет продолжиться!
— Послушай, я объяснил, что попытаюсь извлечь пламя так, чтобы ты осталась жива и это не говорит о моей заботе о тебе.
— Я помню! Чертово пламя погаснет, если я откинусь. Так что нам обоим это не выгодно.
— Тебе жить наконец захотелось? — Нагло ухмыляется Серафим.
— Что?
— Семнадцать раз ты пыталась покончить с собой.
— И попыталась бы ещё. Ты знаешь всё обо мне?
— Достаточно. Ты играла со смертью не понимая к чему это могло привести.
— Как раз я и понимала. Это вы здесь бессмертные и боль для вас просто пустой звук. Что такое семья для тебя?
— Тебе кажется ты много вынесла на земле, но поверь есть люди страдающие больше тебя в разы.
— А мне какое до них дело? Или пожалеть этих моральных ублюдков, которые желали мне смерти? Нет уж. Пусть сдохнут все.
— Ты изменилась, — сказав это Дарен вышел из спальни. Иду за ним.
— И что с того? Разве мысли о мести обуяли лишь мой разум?! А сам то?!
— Замолчи, — остановился Дарен напрягшись. Это я его так задела?
Вокруг небо-дома сгустились тучи затрещав над нами. Погода сменилась с ясной на мрачную и темную. Паника, подходящее чувство, которое охватило меня в этот момент.
— Уходи в храм! — Это он мне?
— Эй, Серафим, что происходит?
— Иди!
Едва делаю шаг, как в меня летит, что-то огромное, похожее на тучу, но оказалось, это человек… или ангел. Закрывшись руками падаю на колени громко визжа. Рядом, что-то с грохотом упало, а я осталась не тронутой этим чудовищем. Вскочив на ноги перешагиваю чьё-то тело на полу рванув к лестнице.
Все прочитанные войны мною в школьные годы оказались не похожими на этот кошмар. Длинные острые мечи сверкали от взмахов над головами неземных существ. Они взлетали в воздух как чертовы Шаолини и молниями падали на землю. Все жители дома сбежались сюда защищая меня и принимая удары вместо Серафима. Схлестнувшись в поединке темный ангел и светлый попадали в какую-то черную воронку и светлый проигрывал. Вероятно это темное энергетическое поле.
