— Нет, мне не нужно никому ничего доказывать, — отрезал он, взгляд стал колючим. — В завещании нет такого пункта, что должны быть доказательства отцовства. Просто у нас с тобой должен быть ребенок. И он есть. Рожденный в законном браке.
Абрамов взглянул в зеркало заднего вида и улыбнулся. Сына убаюкала ровная дорога, он спал, хотя был уже вечер.
Я с облегчением вздохнула. Так вот так. Интересное завещание. Может быть, оно было специально составлено с размытыми формулировками? Но все же приятно, когда тебе верят и не надо никому ничего доказывать. Я бы сделала это ради Давида, но то, что он не требовал ничего доказывать, а просто поверил, заложило еще один кирпичик в прочный фундамент нашего нового будущего.
— Я все думаю… Вернее, склоняюсь к тому, что отец знал о внуке. Знал, что ты родила от меня сына, — задумчиво потер свой волевой подбородок Абрамов. — Поэтому и нет такого пункта. Мне нужно поехать в дом родителей, может быть, там найду какое-нибудь письмо от него. И займусь этим прямо завтра. Давно нужно было разобрать бумаги отца, а я все тянул. Не хотелось принимать его уход.
Я сжала руку Давида, которая лежала на моем колене. Понимаю его, терять близких нелегко.
— Поедешь со мной завтра? — муж посмотрел на меня с мольбой, а я вздрогнула от мысли, что там живет свекровь, которая меня ненавидит. — Эльза, вам придется подружиться с моей матерью. Нам жить вместе, детей растить. Я думаю, что Матвейке нужны братья и сестры. Я вот один у родителей и всегда мечтал о брате.
А я всегда мечтала о сестре. Но тоже была одна у родителей, им все некогда было рожать детей, бизнес забирал все свободное время. Папа работал с утра до вечера, а мама ждала его, обустраивая быт и создавая уют.
Я так не хочу. Я хочу рожать детей от любимого и растить их в любви и заботе. Вместе с их отцом.
— Да, поеду, — сказала не так уверенно, как хотелось бы. Но муж прав, пришло время найти общий язык с его матерью.
Когда завернули на нашу улицу и я увидела дом, сердце забилось от странной радости. Я будто домой вернулась. По-настоящему вернулась домой. Настроение поднялось, хотелось быстрее увидеть обновленные комнаты. Одно дело — фотографии, другое дело — видеть все самой.
Давид взял на руки спящего сына, и мы пошли в дом, вещами занялись охранник и выскочившая навстречу горничная.
Я обомлела. Стояла посреди современной гостиной и не могла сдвинуться с места. Новая мебель, модная, стильная, светлых оттенков, как я хотела. Шторы плотные, органично соединены с другими, легкими и тоже светлыми.
Но интерьер не сливался в единое светлое пятно, дизайнеры отлично поработали с акцентами.
В камине приветливо играл огонь, причем камин я выбрала сама, он был не в стиле Средневековья, а более современный. Белый пушистый ковер перед закрытым камином навевал мысли об интимном «пикничке» с любимым мужчиной.
— Здесь стало так уютно! — восторгалась горничная, и я разделяла ее восторг. — Ой, а детскую как отделали!
Я поспешила к лестнице, в детскую, куда Давид уже унес малыша. Сверху еще раз полюбовалась гостиной. Теперь здесь нет ни намека на другую женщину. Это мой дом! Дом нашей семьи!
В детской все было идеально обустроено для двухлетнего ребенка. Матвейка проснулся и уже знакомился со своей комнатой, заглядывая везде, где мог пролезть. Попробовал плинтуса на прочность, потом потребовал включить свет в ванной.
Интерьер был выдержан в голубых и синих тонах. Кроватка была на вырост, решетки можно снять, и будет обычное спальное место. Множество игрушек, шкафы и тумбочки, отделанные мягким плюшем.
Удивила сама ванна — огромная машина из мультфильма. Теперь Матвейку из нее не вытащить будет. Он уже пытается залезть в ванну, издавая урчащие звуки. Мой маленький водитель.
— Эльза, посмотри, здесь теперь есть дверь, не надо бегать по коридору из нашей спальни в детскую, — тронул меня за плечо муж. — Теперь мы не будем спать втроем на одной кровати.
Я усмехнулась. Как ошибается Абрамов. В Швейцарии я частенько просыпалась с сыном на одной кровати. Он научился вылезать из своей кроватки и приходил ко мне рано утром досматривать свои сны.
Давид открыл смежную дверь, и я увидела новую кровать. Она оказалась больше той, что стояла здесь раньше. На той мне даже сидеть не хотелось, чувствовала ее предыдущую хозяйку. Ее запах будто въелся в дорогое дерево и постель.
Прошла в «нашу» спальню. Она тоже полностью изменилась, хотя я не планировала делать ремонт в этой комнате. Из прошлой обстановки осталась только картина над камином. Даже сам камин другой, близнец того, что установили в гостиной, только чуть меньше.
— Нравится тебе наша комната? — обнял муж за плечи, целуя щеку.
— Очень! — Захотелось зажечь камин, но я не знаю, как это сделать. — Спасибо!
Обняла большой теплый торс Давида. Представляю, как уютно будет с ним спать, обнимая во сне.
