– Каллиста, здравствуй! Это я – Миллинда! – "Вот, чёёрт…". Услышав радостный голос гостьи у Каллисты полезли в голову скверные мысли, на секунду она подумала, что может вернутся к завтраку и притворится, что этот вопрос задала не она. Но разум конечно же преобладал над инстинктом самосохранения и Калли открыла дверь.
Картина была довольно забавная. На крылечке в свете солнца стояла улыбающаяся Миллинда с коробкой из кондитерской. Девушка была одета в розовое воздушное платье, а на голове как всегда были накручены пшеничные кудри и конечно же на лице было тонны французской косметики, такой же, что была подарена Каллисте. И вот напротив столь прекрасной особы стояла наша Каллиста с волосом завязанным в пучок на затылке, без грамма макияжа и в простой хлопковой бежевой пижаме, состоящей из пижамных брюк и кофты. К тому же, Каллиста ведь имела весьма небольшой рост, а Миллинда была девушкой высокой, да ещё и постоянно на каблуках. Картина была забавная, наша малышка себя чувствовала гадким утёнком.
– Здравствуй Миллинда! Какими судьбами? – Каллиста по натуре своей была добрым ребёнком и к моему удивлению искренне улыбалась углами губ "сопернице". Девчушка отошла в сторону, приглашая гостью в дом.
– Я просто решила, что было бы не плохо вот так вот приехать к тебе в гости и попить чаю с пирожными, – смеясь и тряся коробку, тараторила гостья.
– Как замечательно, – а в мыслях – " Как досадно". – Проходи на кухню, – добродушно проговорила Калли указывая на арку ведущую в кухню.
Каллиста с недоверием относилась к девочке Блюмстрит, в-первую очередь из-за ревности, а потом уже из-за того, что человеком та была дурным. А если на чистоту, то Каллиста плохо разбиралась в людях, потому что практически их не знала. Мнение о Блюмстритах у неё складывалось от ощущений и слов Кола. Майколсонов она любила из уважения к Колу, а к посторонним относилась с опаской и деревенским простодушием. Каллиста была наивным щенком, который боится людей, но нуждается в них. Каллиста была глупым щенком, которого жестоко обидели люди, но он не научился показывать зубы.
Миллинда спокойно прошла в кухню и села за стол, положив коробку на столешницу.
– Ох, извини, я похоже оторвала тебя от завтрака, – состроив виновную гримасу произнесла гостья, открывая коробку.
– Ничего страшного, – ответила Калли, наливая свой любимый чай в две кружки, – вдвоём завтракать будет веселее. Спасибо за сладости, – она тепло улыбнулась Миллинде и поставила перед ней кружку, и сама села напротив, отхлебнув горячей жидкости.
– Спасибо тебе за тёплый приём, – девчонка Блюмстритов не без причины так любезничала с Калли. У неё было две цели: узнать и задобрить её. – Когда я отправилась к тебе, то боялась, что приеду и поцелую замок от входной двери, – ложь. – А застала тебя в пижаме, неужели у тебя не было никаких планов на столь прекрасный день? – Калли усмехнулась и принялась доедать свой завтрак.
– Нет, – пожав плечами, ответила она, – я редко выбираюсь в город.
– Почему же? Неужели тебе не хочется знакомиться с новыми людьми? Посещать публичные места? – эта волна вопросов вызвала в Каллисте дикое смущение, отчего она опустила голову и чуть ли носом не уткнулась в кружку. А Миллинда начала рассказывать, как прекрасно и разнообразно общество людей, активно жестикулируя. – Так неужели тебе ни разу не хотелось к ним присоединиться?
– Нет, – поджав губы и пожав плечами, ответила Калли. К счастью или сожалению малышка не умела лгать, хоть и фантазией обладала прекрасной. – Мне хорошо наедине с собой. Я всегда могу найти себе занятие. А общаться с кем-то… – она улыбнулась углами губ, – наверное, мне это не нужно. – Слишком сложный ответ получился, не правда ли? Правда была такова – Калли из-за её ужасного детства было очень сложно сходиться с людьми, а с некоторыми даже и страшно.
– Так странно, – Миллинда закинула ногу на ногу и, склонив голову на бок, смотрела в упор на малышку, от чего у той кусок пирожных застряло в горле, – вы с отцом такие разные. Он общительный, а ты затворница. Он ведущий, а ты ведомая. Он всегда в центре внимания, а о тебе мало кто знает. Знаешь иногда я смотрю на него и у меня мурашки по спине бегут от того какая в нём ХАРИЗМА, какой он МУЖЧИНА. А ты… – она мельком осмотрела её, – такая невинная, чистая и уютная, как домашние тапочки.
– Возможно, я похожа на свою маму, – "утонув" в кружке чая прошептала Калли. Этот ответ получился как-то сам собой, откуда-то изнутри. Видите ли, наша малышка, с тех пор, как узнала, что у каждого человека должен быть папа и мама, хотя бы фактически, часто задумывалась, какими были её родители…
– Да? – сдвинув брови, звонко спросила гостья. – Я бы никогда не подумала, что такие женщины в его вкусе.
