— О, Тихиро! Я тут приехал, — из кухни выбежала маленькая девочка. — Это Нана. Она дочь моей невесты, Мана покажись моей сестре.
— Здравствуй, — робко произнесла девушка.
— Здравствуй, — я смотрела на них.
— У тебя еды много было в холодильнике, мы перекусили. Ты на новую работу устроилась?
— Да, устроилась.
— Вот ты молодец! Мана художница, у нас с ней вкусы по жизни схожи. Представляешь?
— Представляю, — я сняла обувь, и пошла к себе в комнату.
— Странная она какая — то стала, — тихо произнёс брат.
— Мама, проснись, мне в туалет надо, — послышался детский голос, а затем меня кто-то схватил за нос. Я открыла глаза, передо мной стояла Нана.
— Что ты тут делаешь? Я не твоя мама.
— А где мама?
— Не знаю.
— Она ушла с этим дядей, ещё утром. Там записка.
Я вскочила с кровати, взяв лист в руки, я начала читать.
"Дорогая, сестра, мы с Маной решили пожить для себя, поэтому уехали подальше от домашней рутины. Нана будет мешать нам, ты должна о ней позаботиться. У тебя есть хорошая работа, да и опыт пригодится. Пойми меня правильно, мы с Маной молоды нам нужно больше вдохновения друг для друга. Не держи на меня зла, твой любящий брат".
— Любящий, — повторила я, и смяла лист.
— Ой, мама…
Я обернулась, на колготках у Наны образовалось желтое пятно. Мне пришлось искупать девочку.
— Я Тихиро, запомнила?
— Угу. А где моя кукла?
— Вот, — я дала ей игрушку.
Время так быстро бежало, к семи вечера, я должна была быть на работе.
Оставив девочку дома, я вызвала такси и поехала в казино. На пятом этаже находилась гримёрка для женщин. Орубэ объяснил мне всё, что можно делать, к какому времени я должна закончить. Женщин было 15, я решила не заморачиваться и сделала всем одинаковый макияж. Они были в восторге. С некоторыми из них я сразу нашла общий язык.
После окончания работы, я закрыла дверь на ключ. Сев перед зеркалом, я включила подсветку. Достав из косметички тональный крем и кисть, я распределила тон у себя на лице. Растушевала светлые тени, затем приступила к тёмным оттенкам. Закончив с глазами, я накрасила губы тёмной помадой. Я подошла к вешалке, на ней висели красивые платья, я сняла одно. Оно идеально село на мою фигуру. Застегнув молнию сзади, я надела чёрные туфли на шпильке. Взяв в руки утюжок, я привела свои волосы в порядок.
В дверь кто-то постучал, я испугалась. Это был Орубэ, он хотел зайти. Я начала спешить и упала. Но это не закончилось просто так. Орубэ самостоятельно открыл дверь своим ключом.
— 3770 плюс 1200, итог — 4970. Если округлить, то получается 5000 долларов, — Кума отложил калькулятор. — Я вот одного понять не могу, тебя кто-то нанял, чтобы ты наносила мне убытки? И портила репутацию казино?
— Извините, — я сжимала пальцы левой руки правой ладонью.
— Ты мстишь мне?
— Я не знаю вас.
— В этом районе меня знают все. Дурочку включать не нужно. Договорились?
После минуты тишины, Кума щёлкнул зажигалкой.
— Уходи с глаз, и больше не попадайся мне. Платье и туфли можешь оставить себе, эти вещи уже испорчены. Орубэ, проводи Тихиро, чтобы ничего не случилось.
Орубэ вызвал такси, и заплатил за поездку.
— Где ты живёшь? — Он сел в салон.
— Остановка, возле спортивной школы.
— Там нет жилого комплекса.
— Господин, оставьте меня в покое, я доеду одна.
— По ночам разгуливают бандиты, знаешь группировку, где одни малолетки? Они жестокие, наш господин борется с ними. Но они размножаются с бешеной силой. Эти подростки держат весь Токио в напряжении.
— Мне это не о чём не говорит. Это ваши проблемы, — такси подъехало к остановке, я вышла из салона.
— Если будут проблемы, обращайся, — Орубэ протянул мне визитку.
— Такого не случится, — я небрежно положила визитку в карман.
"С работы меня уволили, хорошо, что долги не приписали. Нужно искать новую работу, но так много, как в казино я не получу. Еще эта девочка, которую мне подбросил брат. Понятия не имею, что делать дальше. Все проблемы свалялись в один ком и давят на меня. И денег становится мало".
На следующее утро, я оставила Нану у соседки, было неловко, но другого выхода я не нашла. Собрав себя по частям, я поехала к отцу. Поговорить мне с ним не дали, но я встретила прокурора, который вёл это дело. Я спускалась по лестнице, а он поднимался, я побежала за ним. Он не сразу понял кто я, объяснив ему всю ситуацию, прокурор пригласил меня в свой кабинет. Я достала все бумаги, он внимательно посмотрел на них.
— Что ж, — прокурор отложил бумаги влево.
— Господин Ёкояма, я соберу достаточно доказательств, чтобы освободить отца.
— Видите ли, в чём дело, — прокурор снял очки.
— Я делаю что-то неправильно?
— Нет. Вы же нашли адвоката?
— Да, сегодня поеду к нему.
— Вы же понимаете, чтобы что-то решить, нужно, — Ёкояма сделал небольшую паузу. — Нужно платить.
— Сколько?
— М? — он округлил глаза. — У вас есть большая сумма? Ведь вы прекрасно понимаете, что нужно заплатить немало адвокату, прокурору и судье. Вас устраивает такой расклад? И, конечно же, время. Тихиро — сан, поторопитесь.
Сев в маршрутку, я доехала до адвоката.
— Здравствуйте, — я зашла к нему в кабинет.
— Здравствуйте, присаживайтесь.
