Я встретил Джейн в саду. Она сидела вместе с одной из пациенток в беседке и о чем-то с ней разговаривала. Я хотел подойти, но решил, что еще не время, и поэтому остался стоять в стороне, наблюдая за ней.
Сегодня я и другие пациенты со схожим диагнозом, их было всего четверо, занимались с доктором Тернером. Это был пожилой мужчина с большим животом и глубоким грустным взглядом. Казалось, что он относился к каждому пациенту с почти родительской любовью и всем сердцем желал помочь избавиться от душевного недуга. Я доверился ему и отвечал на все поставленные вопросы. Мне нравилось в нем сочетание блестящего ума и поразительной человечности, которой сейчас ох как недостает большинству живущих на нашей планете людей. На сеансе я познакомился с Самантой Росс, Патриком Фостером, Джулией Хилл и Брюсом Хауэром. Все эти люди страдали множественной личностью и отчаянно боролись с болезнью, поразившей не только их головы, но и души. Я понимал их как никто другой, и мы даже пообедали вместе, разделяя общее горе на пятерых.
Пенелопу я не видел целый день, а потом случайно узнал из местного сарафанного радио, что ее перевели в отделение интенсивной терапии. Мне стыдно за свои чувства, но я ощутил, как невидимый груз свалился с моих плеч, позволив мне свободно вздохнуть.
Отчет 3
Утром 25 марта я проснулся в одной кровати с Джейн. Ночью она перебралась ко мне, и я посчитал это знаком примирения. Она снова доверяла мне, раз решила рискнуть спать со мной вместе. Я убрал пару прядей с ее лица, отдал ей большую часть своего одеяла и снова провалился в сладкий сон.
Завтракали, обедали и ужинали мы вдвоем, как настоящие друзья. Мы даже в парке гуляли и на сеансе у психолога Эшли Брукс сидели вместе. Миссис Брукс произвела на меня неизгладимое впечатление. Эта молодая женщина обладала колоссальными познаниями в области психологии и психиатрии. Она умела преподнести даже самый сухой и скучный факт таким образом, что все ее слушали, открыв рты. Я быстро записывал ее лекции, впитывая в себя все новые знания, и пообещал Джейн прочесть их ей перед сном. Мне открылись двери в те комнаты загадочной человеческой души, куда я раньше не имел доступа. Эшли Брукс подарила всем нам ключи от замков, держащих под запретом для посторонних секреты людской психологии, и открыла глаза на многие вещи, о которых многие даже не подозревали.
Отчет 4
Сегодня, 26 марта, я решил полностью посвятить себя самосовершенствованию. До обеда я рисовал в специально отведенном под это прекрасное занятие кабинете и потерял ход времени, и только пришедшая медсестра напомнила, что я с утра ни крошки во рту не держал и было бы неплохо пообедать. Я нарисовал Джейн и решил, что после ужина сделаю ей приятный сюрприз.
Вечером я взял книгу Фрейда и отправился в библиотеку, чтобы там, в тишине и покое почитать ее. Ведомый желанием впитать в себя как можно больше знаний, я захватил еще пару учебников и просидел среди стеллажей и шкафов со всевозможной литературой до самой ночи. Женщина, работающая в библиотеке, подошла ко мне и сказала, что уже поздно и они закрываются. Я жадно, как воодушевленный школьник-ботаник, схватил книги в охапку, прижал их к себе и покинул пределы обители знаний, чтобы вернуться в свою комнату к Джейн.
Джейн, к моему счастью, не спала. Я включил свет, выудил из-под кровати нарисованный портрет и с торжественной улыбкой вручил ее законной обладательнице. Девушка спросила: «Что это такое?» Неужели я настолько плохо рисую, что она не узнала своего лица? Я объяснил, что сегодня решил изобразить ее на бумаге, хотел сделать приятное. Я был уверен, что мой подарок произведет на Джейн приятное впечатление, что она будет в восторге, но она лишь улыбнулась и сдержанно поблагодарила меня.
Настроение было испорчено.
Отчет 5
27 марта из-за отсутствия вдохновения и упадка сил я весь день провел в библиотеке за чтением учебной литературы. Не хотелось никого видеть и ни с кем не общаться, мне было необходимо побыть наедине с самим собой и дать своей голове понять, что я не Бог и не признанный гений, чтобы моими работами восхищались люди. Джейн не обязана была вешаться мне на шею и осыпать меня похвалами, как верного слугу щедро осыпает золотом хозяин. Если тебе не нравится реакция, значит, ты творил не для другого, а для себя. Возможно, так оно и было… Я пытался доказать самому себе, что чего-то стою, что мои таланты могут расширяться не только вглубь, но и вширь. Мне нужна была поддержка — кто-то, кто оценил бы мои старания, и я решил, что Джейн сможет стать тем самым маяком, на который приплыл бы мой скитающийся в морях страхов и неизвестности корабль, но она лишь тускло вспыхнула, и я совсем не успел наметить заданный курс.
Да, я был именно скитающимся кораблем, который швыряло из стороны в сторону, который мечтал попасть на сушу и обрести долгожданный покой. Но кажется, бури не собирались стихать, а маяк так и оставался спрятанным в далекой и непроглядной темноте.
Отчет 6