Джейни подняла ожерелье, которое она собирала, и гордо показала нам. Моя мама прислала ей набор с деревянными бусинами на прошлой неделе. Мы не хотели ей его отдавать, думали, что задача окажется слишком сложной, но мы ошибались. Ей безумно понравилось, и теперь она часами могла нанизывать цветные бусины на нитку. Отличное упражнение для мелкой моторики, хотя она об этом не догадывалась.
- Как красиво, - сказала Ханна. - Мне нравится узор.
Джейни подняла ожерелье повыше и показала:
- Смотрите: розовый, фиолетовый, сердечко.
- Мне очень нравится.
Цвета давались ей легче всего. Их она выучила еще в больнице. Больше всего ей нравилось копаться в коробке с карандашами, доставая оттуда разные и заставляя нас их называть. Ханна положила листок бумаги рядом с бобами.
- Я тоже кое-что сделала.
Джейни мгновенно заинтересовали яркие цвета.
- Что это?
- Это карта, - Ханна объясняла и показывала. - Вот наш дом. Это парк, а вот магазин.
- А это что? - спросила Джейни, показывая на школу.
- Это детский сад. - сказала Ханна. - Помнишь, мы объясняли тебе, в сад дети ходят учиться и играть?
Джейни кивнула.
- Когда дети становятся старше, они идут в школу. И угадай что?
Глаза Джейни загорелись энтузиазмом.
-Что?
- Ты уже достаточно взрослая, чтобы ходить в детский сад. Вот в этот, -Ханна снова показала на карту. - Он близко к нашему дому, и ты пойдешь туда в понедельник.
Возбуждение исчезло с лица Джейни.
-А папа?
Я сел на пол рядом с ними.
- Я буду на работе, пока ты там, но с огромным удовольствием все выслушаю, когда ты вернешься домой.
- То есть только с мамой? - спросила она.
Я замер. Она впервые назвала Ханну мамой. Ханна старалась сохранять спокойствие и не показывать, как дорог ей этот момент. Я положил руку ей на колено, понимая, как много для нее это значит.
- Нет, мамы там тоже не будет, - сказала она. Голос дрожал, несмотря на все ее усилия. - В школе только дети и учителя.
Джейни замотала головой:
- Я не хочу в детский сад.
Я собирался отвести Джейни вместе с Ханной в самый первый день, но меня ночью экстренно вызвали на работу. На трассе 10 случилась жуткая авария, и я помчался в операционную. Когда я наконец освободился, в телефоне была куча сообщений от Ханны: показывающих ход их утра:
Она отказывается от завтрака.
Я не могу заставить ее ничего съесть.
Ох... устроила истерику из-за одежды.
Вот в чем она хочет идти. Разве так можно?
Мы вышли. Без завтрака.
Отвела. Она лягалась и визжала, когда я уходила.
Я не стал печатать. Я позвонил, и она ответила со второго гудка. По эху от гарнитуры я определил, что она в машине.
- Похоже, у вас было напряженное утро, - сказал я.
- Я еду за ней, - в голосе читалось явное раздражение.
Я посмотрел на часы.
- Еще только половина одиннадцатого. Что случилось?
- Миссис Аллуло позвонила, Джейни дважды обкакалась, и у нее кончилась чистая одежда. Я оставила ей один запасной набор, но она уже испачкала оба, так что теперь мне надо ее забрать. Я извинялась, миссис Аллуло уверяет что все нормально. Говорит, дети часто возвращаются к прежнему поведению, когда впервые идут в школу или сад, и перестают ходить в туалет.
- Наверное, она права, - сказал я. - Все устроится. Ей просто надо привыкнуть.
Но Джейни продолжила пачкаться в саду. Она сдирала одежду и бегала голышом. Не слушалась, ее невозможно было отвлечь. Поначалу миссис Аллуло была понимающей и сочувствовала. Она заверяла, что это просто переходный период и Джейни приспособится. Но потом Джейни побила другого ребенка, когда тот не захотел отдавать ей игрушку, и миссис Аллуло позвала нас на экстренную встречу.
Она сложила руки перед собой на столе и сразу перешла к делу:
- Извините, но, похоже, Джейни не место в нашем саду.
- Но прошло так мало времени. Разве нельзя дать ей еще немного, чтобы она привыкла? - спросила Ханна.
Лицо миссис Аллуло, раньше доброе и мягкое, теперь стало жестким и неумолимым.
- К сожалению, сейчас ее поведение влияет на других детей, и этого мы не можем допустить.
- Разве не любые проблемы с поведением влияют на группу?
- Конечно, но с Джейни все иначе. Ей нужно постоянное внимание один на один, а это мы не можем обеспечить, это несправедливо по отношению к другим детям. И честно говоря, дело еще и в ее проблемах с туалетом: то, как она разбрасывает какашки, может создать опасность для здоровья. Во время собеседований мы особо подчеркивали, как важно, чтобы она умела ходить в туалет - Ее лицо выражало отвращение.
- Она приучена к туалету! Дома она ходит без промахов, - сказал я.
Миссис Аллуло посмотрела на меня с недоверием. Я не мог винить ее в подозрениях, что мы врем. Джейни еще ни одного дня не провела в садике, не испачкав одежду.
- Вот список других учреждений, которые вы можете попробовать, - она протянула нам лист бумаги и встала.
По дороге к парковке Ханна кипела, и в машине наконец взорвалась.
- Она все это сделала нарочно! - лицо у нее горело.
- Кто? Миссис Аллуло?
Она закатила глаза.
- Нет, Джейни. Она специально сделала так, чтобы ее выгнали оттуда.
Я покачал головой.
- Пожалуйста, не начинай.
Она фыркнула:
