Кристофер придерживал дверь багажника, пока я убирала пакеты с продуктами. Мы пытались решить, что можно купить на обед по дороге, а Джейни дергала его за штанину, чтобы привлечь внимание. Ему пришлось тащить ее через всю парковку.
- Джейни, подожди своей очереди. Сейчас я разговариваю с Кристофером, - сказала я, не глядя на нее.
Она принялась подвывать и перешла на детский лепет. Я выразительно посмотрела на Кристофера, когда он собрался было что-то ей сказать. Доктор Чэндлер постоянно объясняла ему, что Джейни не должна перебивать наш разговор. Он спохватился:
-Ах да... Так что ты говорила?
Я снова перечислила варианты, и он кивал на мои слова, но явно не вслушивался.
- Конечно, давай... - он опустил взгляд. Я тоже. Джейни там не было.
У меня сердце замерло.
- Джейни! - одновременно крикнули мы.
Мы побежали в разные стороны, выкрикивая ее имя. Я обогнула угол и заметила, как она срезает дорогу между двух машин. Я бросилась следом и схватила ее за руку.
Я присела, чтобы быть с ней лицом к лицу.
- Нельзя так делать. Понимаешь? Нельзя убегать на загруженной парковке. Ты могла на самом деле покалечиться.
Она вырвалась и с вызовом посмотрела на меня. Сзади прибежал Кристофер. Она заплакала, как только увидела его. и он ее обнял.
- Солнышко, нельзя так. Опасно бегать по загруженной парковке. Тебя могла сбить машина.
Она похлопала ресницами и обняла его за шею.
- Извини, папа.
Она недавно стала называть его папой, и он каждый раз таял от этого. Меня мамой она еще не называла, если не считать того раза в супермаркете, когда она орала, что я делаю ей больно, и я делала вид, что мне все равно, хотя, конечно, мне было не все равно.
Он погладил ее по спине.
- Все хорошо. Но, пожалуйста, больше так не делай.
- Не буду. Обещаю, папа.
Он быстро обо всем забыл, а я не могла. Я весь день проигрывала заново эту сцену. Я дождалась, пока мы вечером легли в постель, чтобы поговорить. Я повернулась к нему лицом и сказала:
- Ты понимаешь, что Джейни сегодня убежала, чтобы привлечь твое внимание?
Он пожал плечами.
- Может быть, она часто действует импульсивно. Ты же знаешь, какая она.
Я покачала головой, хотя в темноте он не мог этого видеть.
- Она сделала это специально. Ты говорил со мной и не обращал на нее внимания. Она это ненавидит, поэтому она побежала через дорогу, чтобы ты обратил внимание на нее.
- Ты слишком многого от нее ожидаешь, - сказал он и повернулся ко мне спиной. - Спокойной ночи. Я тебя люблю.
- Я тебя тоже люблю, - сказала я. Когда мы спорили, мы всегда поддерживали подчеркнуто сердечную вежливость, почти тошнотворную. Может, все было бы лучше, если бы мы топали ногами и швыряли книги, как другие парочки, потому что сейчас мы просто игнорировали то, что нам не нравилось, и у нас не было потребности как-то справляться с проблемой.
Мы все еще не обсудили то, что Джейни снова стала со мной говорить. Мы делали вид, что не было недель молчания, и может, меня бы это устраивало, если бы все шло по-старому нормально, но это было не так. Мои отношения с Джейни изменились, и мне это не нравилось. Но я не знала, как все поправить.
Я попыталась поговорить с Кристофером, но он не понимал моих чувств, его отношения с Джейни не подверглись испытанию неделями тишины и швами на губе. Кристофер не хотел возвращаться к доктору Чэндлер, но я настояла. Она сказала, что то, через что мы проходим, - это самая распространенная проблема новоиспеченных родителей: надо понять, как делать это вместе. Хотя я знала, что происходит, легче от этого не было.
Я надеялась, что все наладится, когда Джейни пойдет в детский сад. Мы все были согласны, что пора. Ей полезно быть в окружении других детей, а мне пора было возвращаться к работе. Но когда мы начали покупать вещи к саду, мы столкнулись с проблемой: Джейни не приучена к горшку. Мы вступили в битву за освоение горшка, которая продолжалась все выходные. Мы купили ей шикарный горшок с музыкой и лампочками, надеясь, что это поможет, но она отказывалась. Она скрещивала руки и мотала головой, когда мы просили ее присесть.
- Почему бы вам вместе не сходить? - предложил Кристофер после того, как мы три часа уговаривали Джейни сесть на горшок.
- В смысле? - спросила я.
Он показал на обычный туалет.
- Идите туда вместе. Ты сядешь, и она сядет. Вдруг это поможет?
Все, что касалось ванной комнаты, было для меня очень личной сферой. Мы уже шесть лет женаты, и Кристофер ни разу не видел, как я писаю. Ходить в душ с ним я тоже не любила. Он был совершенно другим. Ему было абсолютно все равно. Я вечно напоминала ему закрыть дверь в ванную.
- Ты серьезно? - спросила я.
Он пожал плечами.
- Почему нет? Что может научить лучше; чем пример другого?
- Забудь. Давай еще раз почитаем «Однажды на горшке». Куда ты положил книжку? - Я принялась копаться в книгах на полу.
- Ты не будешь этого делать? Не хочешь попробовать и посмотреть, вдруг это поможет? - Он не сдвинулся с места около двери ванной.
- Конечно, не буду. Ты же меня знаешь. Как ты вообще мог такое предложить?
- Я бы все ради нее сделал.
