– Я не понимаю, как долго наши дети должны читать эту «Золушку», типа будь красивой и найди себе богатого мужика. – Айя наконец собрала свои волосы, оставив еще больше «петухов», чем было до того.
– У тебя сын, Айя, не читай ему сказок для девочек, – огрызнулась Бахти.
– Разве «Золушка» об этом? – удивился Ануар. – Мне всегда казалось, она о том, что принц влюбился в прекрасную девушку, и ему было не важно, что она ему не ровня. То есть – он именно в нее влюбился.
– Ой, – отмахнулась Айя, – и типа на него не влияли эти психологические уловки, что она такая – я допоздна не могу, я вся такая правильная и занятая?
– Но она действительно не могла остаться после полуночи, – осторожно сказал Ануар.
– Ну просто знаете, – раздраженно сказала Айя, – если вы все время в это играете, вы натаскались уже.
Юн бросил на меня гневный взгляд.
Я сумела задать еще два вопроса с точно таким же результатом – на них ответил Карим, а Айя устроила длинную дискуссию по каждому, – и когда стало понятно, что план сработал только наполовину: игра Айе не нравится, но менее активной это ее не делает, я согрела еду.
Вопреки моему намерению сделать стол скромным, чтобы отбить у Айи охоту приходить ко мне в гости, ужин получился ужасно вкусным. Мы все подобрели – Айя несла чушь, но уже миролюбивее, то и дело целуя Юна, все более и более довольного, Карим, попросив у меня прощения за ранний уход, уехал на работу – у иностранных партнеров был еще день, мы с Ануаром и Бахти тихо переговаривались о чем-то приятном и несущественном, как вдруг из коридора послышался звук падения.
– О господи! – Айя первая выбежала из гостиной.
Анеля лежала на полу между ванной, куда выходила, и комнатой, куда пыталась вернуться.
– Я не успела сесть, – еле слышно сказала Анеля.
– Анеля, – я наклонилась к ней, – что с тобой, что у тебя болит?
Она закрыла глаза, потом приоткрыла:
– Это по нерву… это бывает.
– Может, мы позвоним твоей маме? – спросила Бахти.
– Нет. – Анеля, корчась, спрятала телефон между животом и руками. – Обычный приступ, он скоро пройдет.
Айя, встревоженная, села на пол возле Анели и зачем-то пыталась посчитать ее пульс, но Анеля то и дело неожиданно и страшно дергалась от боли, сбивая Айю со счета. Юн с Бахти рыскали в сумке Анели в поисках лекарства – если Анеля привычна к подобным приступам, у нее должно было быть что-то с собой. Содержимое сумки на добрую половину состояло из таблеток, порошков и мазей, но так как Бахти и Юн никогда и ничем не болели, они не знали, зачем что, а блистеры валялись без вкладышей.
– Я сейчас все это загуглю, – сказал Юн.
– Мы не можем просто так давать ей лекарства. – Я вдруг с ужасом представила себе последствия. – У нее в организме полно алкоголя, еще неизвестно, что будет, если смешать.
– Господи, у нее слезы из глаз льются. И бледная какая. – Айя тронула лоб Анели губами.
– Надо вызвать «Скорую», – сказал Ануар.
– Не надо, пожалуйста, – прошептала Анеля. Каждое слово давалось ей с трудом. – Мне уже… немного легче.
– Она простынет на этой плитке. – Юн потрогал ладонью пол. – Анеля, – он наклонился к ней, – ты выдержишь, если я перенесу тебя на диван?
Анеля едва заметно кивнула.
– Лучше тогда в спальню, – я открыла дверь в свою комнату, – на диване ей будет неудобно, он узкий.
Отголоски приступа длились еще долго. Анеля лежала, прижав ноги к животу, растрепанная и несчастная, похожая на гнездового птенца в первые дни своей жизни. Она задремала. Дежурить у постели первой вызвалась Айя, мы переместились в зал. Ни желания есть, ни желания убрать со стола ни у кого не возникло, мы сидели, подавленные, и даже Ануар с Бахти, против обыкновения, разошлись по разным углам и ни разу не обнялись.
– Она проснулась. – Айя появилась в дверях и сразу же вернулась к Анеле.
Гуськом мы зашли в спальню.
– Простите меня, – сказала Анеля.
– О чем ты говоришь?
– Завязывай.
– Главное, чтобы с тобой все было хорошо.
– Я поеду домой. – Анеля с усилием откинула плед и приподнялась.
– Оставайся у меня. – Я подавила зевок, он звучал ужасно неуместно. – Я в зале посплю.
– Нет, я не могу. – Анеля спустила ноги с кровати и неверным шагом добралась до прихожей. – У меня Секеша с Ажекой одни дома.
– А мама? – спросил Юн.
– Мама в больнице, – ответила Анеля.
– На работе? – не понял Ануар. Он не запоминал, кто из родителей где работает.
– Нет. – Анеля покачала головой, потеряла равновесие и ухватилась за стенку. – Она лежит в больнице.
– Ты не говорила, – оправдывающимся тоном сказала Бахти.
Руки у Анели были слабые, и она все никак не могла застегнуть ботинки. Ануар присел на корточки и завязал ей шнурки.
– Мне так перед вами неловко. – Анеля никому не смотрела в глаза. – Я все испортила.
– Не говори ерунды.
– Мы с Бахти отвезем Анелю на такси, – сказал Ануар.
– Мы тогда тоже пойдем. – Юн с Айей оделись.
– Напиши завтра, как проснешься. – Я посмотрела на Анелю, она слегка кивнула.
