— Уэнс… я клянусь, что я бы никогда… — но тут я перебила его.
— Я знаю. Просто злюсь на тебя, — отрезала я обиженно.
— Пожалуйста, не злись. Я ведь не хотел всего этого. А теперь даже не знаю, как загладить вину, — сказал он, опустив взгляд.
— Я и сама не знаю, что нам делать, — ответила я, ощущая, как ком подступает к моему горлу. В висках неприятно стучало. Конечно, мне было страшно.
— У тебя пошла кровь? Почему? Я думал, ты выпила таблетки, — спросил он, уставившись на меня своими блестящими, пронзительными глазами, полными неистового переживания.
— Кровь пошла, когда я просила у него прощения в аптеке… Я знаю это глупо. Но я выбирала таблетки и извинялась. А затем… Сказала, что-то вроде… Если бы я могла избавиться от нее… То никогда бы… Ну, знаешь, — притормозила я, глядя на него.
— Ты серьезно? Ты на полном серьезе? Если бы ты могла избавиться от неё… То ты бы никогда не захотела делать аборт? — спросил он, нервно проглатывая слюни.
Я конечно видела его счастливые глаза от услышанного, но всё равно не могла смириться с тем, что он так радуется тому, что произошло. Всего четыре месяца как я занималась сексом, и уже была беременна. Это верх моих неудач.
— Не знаю, — прервала я его радость. Мне вдруг стало не по себе от его слащавой улыбки. Ведь из нас двоих мучилась я… Но, вместе с тем, я ощущала что-то в себе. Какой-то прилив жизненных сил. Видимо, это был наш ребенок… Кажется, он давал мне что-то большее…
— А что было дальше? — спросил он следом, отвлекая меня от злости к нему.
— Дальше… Как я поняла, он пытался ее выдавить, но пошла кровь и я упала в обморок. Очнулась уже в больнице, — сообщила я. — Скоро приедут мои родители. Лучше… беги.
— В каком смысле беги? — улыбнулся он своей нелепой улыбкой.
— В прямом. Просто беги. Можешь переехать в Мексику… Хотя и там велика вероятность, что они найдут тебя и… ну… Чик-чик, — показала я ножницы пальцами, глядя в сторону его пениса. Так, что он сжал ноги и скрыл его руками.
— Ты же шутишь, да, — нервно засмеялся он, показав мне зубы.
— Нет. А, похоже? — безэмоционально сказала я, округляя глаза, чтобы посильнее его напугать. Его забавное выражение лица надо было видеть. Округленные от страха и переживаний глаза, которые метались в поисках поддержки, трясущиеся руки и дрожащий тембр голоса.
Конечно, я любила его. Сильно любила. Но представить нас с ним родителями маленького существа. Каково это было? Ужасно… Мы за себя то не могли постоять. Вечно попадали в неприятности.
— Я волнуюсь за тебя… — сказал он, трогая мой лоб.
— Температуру прибавляет он. Я это чувствую. Он словно… Так себя лечит. Мне кажется, дело в огне, его стихия, — добавила я, протянув ему руку. — Обещай мне кое-что, Тайлер. Ты должен найти Джеймса и попросить его приехать. Не важно для чего. Просто настаивай, чтобы он приехал, — сказала я, убеждая его. Мой суровый вид явно пугал его, но я была настроена решительно.
— Зачем? — уставился он на меня, приподнимая брови.
— Затем, что мы не справимся с магом. Он должен показать, что делать. Нам нужно помочь ему справиться с… Л., — сокращённо отрезала я. — Это ведь ребенок. И он явно очень сильный. Мне нужно понять, что делать. А это может сказать только Джеймс.
— Ладно, я понял тебя… — небрежно сказал он, словно с обидой. Галпин и здесь был в своем репертуаре. Я была беременна от него. Во мне сидела сумасшедшая сука, а он ревновал меня к другому парню… Цирк уехал, а клоуны остались…
К часу дня, когда родители приехали, Тайлер всё ещё сидел в коридоре, потому что по-тупому собирался с ними познакомиться. Ему не терпелось пожать моему отцу руку или хотя бы попытаться это сделать. Но когда они зашли в здание больницы, я четко знала, они здесь чтобы убить его. В шутку, разумеется… Наверное… Скорее всего…
Мама нахмурила брови и присела рядом. Чёрное платье было как всегда идеально выглажено и смотрелось на ней, как на фарфоровой кукле.
— Уверена, что он то, что тебе нужно? — спросила она, глядя на меня. — За малыша не волнуйся. Если что, мы можем забрать его себе. Никто не узнает.
— Мама. Прекрати, — прервала я ее, глядя на дверь из палаты.
— Твой отец в коридоре. Говорит с ним, — продолжила мама, поправляя свои длинные волосы. — У него не тот род. И я сейчас не о деньгах. Я видела твоего малыша. Видение о том, каким он будет. И что-то подсказывает мне о том, что он совсем не экстрасенс.
— То есть, не хочешь ли ты сказать, что тебя больше волнует не наличие, а качества этого… ребенка??? — обомлела я от ее слов. Вероятнее всего, я бы убила своего ребенка, если бы он принес в подоле еще одного.
— Я переживаю за твое состояние, — ответила мама, положив свою ладонь на мою. — Я и не думала, что вы с этим мальчиком… так близки.
Слушать это было постыдно, но мне всё время хотелось показать ей, какая я якобы взрослая. Вот… Допоказывалась.
— Но мы близки, мама. Ближе, чем ты думаешь, — отрезала я с присущей грубостью. Меня просто бесил её надменный тон. Ведь всё это было лишь моим делом.
