— Так, помоги-ка мне и раскатай тесто. Дети тесто любят.
— Они тебе нравятся?
— Конечно! Я знаю, что у вас очень хорошие отношения, поэтому хочу быть в ладах и заботиться о всех, кто тебя окружает.
А вообще, раз уж речь зашла о детях, эти двое такие забавные. Вечно бегают вокруг. Пускай из-за них постоянно стоит шум и гам, но именно их развлечения создают на вилле какую-то по-домашнему приятную, живую атмосферу. Вначале она боялась, что не сможет свыкнуться с этим местом, но стоило пожить с ними какое-то время, Сара обнаружила, что все они — очень легкие и приятные в общении. Пусть даже у них был определенный и достаточно высокий статус в обществе, а также целое состояние за плечами.
Итон прислонился спиной к раковине, взглянув на собеседницу. Девушка говорила просто и легко, безмятежно и с улыбкой, которую даже сама за собой не замечала.
В больнице.
После того, как бабушка упала, ее тут же доставили в больницу. Доктор осмотрел ее и сказал, что никаких серьезных травм она не получила. Стас же поспешно вернулся из Воронежа, немедленно приехав в больницу.
Бабушка лежала на больничной койке. При виде внука, она была одновременно рада и огорчена — тем, что брак драгоценного внука еще немного и станет ее главной болезнью.
Взяв его за руку, она обратилась к Стасу:
— Будь добр, скажи мне. Смогу я, наконец, при жизни увидеть, как ты женишься и родишь мне правнука?
Стас прикрыл глаза, подавляя внутреннее раздражение:
— Бабушка, можем мы сменить эту пластинку?
— А зачем нам тему менять? У меня всего-то одно желание в жизни, и ты все равно не можешь его исполнить?
Стас опустил голову на ее колени, ничего не отвечая. Ему правда хотелось рассказать ей, что они с Кирой все начали сначала, но из-за состояния Киры… Если бабушка начнет опять ворчать перед ней о том, как ей хочется правнука поскорее, на девушку это может оказать лишнее давление. Ему с таким трудом удалось уговорить Киру начать все сначала… Что он будет делать, если она не выдержит и опять сбежит из-за допросов бабушки по поводу детей?
Пожилую женщину начало раздражать молчание внука. Протянув руку, она похлопала его по спине:
— Эй, дружок, ты отвечать собираешься? Или решил меня в могилу свести?
— Бабуль, молю тебя, твоя власть распространяется только на внуков. Что касается моих детей, я сам буду нести за них ответственность, тебя это уже не должно касаться. Поэтому не волнуйся больше по этому поводу, договорились?
— Что ты хочешь этим сказать?
Стас явно пытался как-то от нее отговориться, даже лица не поднимая. Тогда уже порядком взбешенная женщина потянула его за волосы:
— Говори так, чтобы понятно было!
— Ай-яй! Больно же! — Стас поморщился. — Что ж ты такая жестокая! Я точно твой родной внук?
— А ты как думаешь? В противном случае я бы давно тебя бросила. А теперь говори, что ты имеешь в виду? — спросила старушка, не выпуская его из своих цепких рук.
На лице Стаса появилось горестное выражение:
— Ладно, и кто, по-твоему, должен мне ребенка родить?
— Если Кира действительно не собирается возвращаться, тебе придется заново кого-то искать, — хотя женщина и чувствовала себя виноватой перед Кирой, поступая подобным образом, но не могла позволить, чтобы их род прервался на Стасе. Взгляды на мир у нее были, под стать возрасту, довольно закостенелые, поэтому единственное, о чем женщина думала денно и нощно — как бы побыстрее лично посмотреть на свадьбу своего внука и правнуков, которых молодожены ей родят. Иначе она сгорит от стыда, когда встретиться со своим мужем в мире ином.
— Бабушка, но я люблю только Киру. Мне никто не нужен, кроме нее…
— То есть, если она не простит тебя, ты собираешься всю жизнь в холостяках ходить? — у бабушки чуть глаза на лоб не вылезли. Ну что ж, придется продолжать лупить его, пока парень не одумается и не женится, в конце-то концов!
— Но если я буду стараться, то смогу вернуть ее. Поэтому, пожалуйста, просто дай мне время. Не дави на меня.
— Я бы с удовольствием дала тебе это время, вот только Бог не сможет сделать то же самое для меня! А вдруг, мне считанные дни остались? — старушка прекрасно понимала, что и так была уже в достаточно преклонном возрасте, но теперь, когда еще и к кровати прикована, она даже представить не осмеливалась, сколько дней сможет прожить. — Стас, я ничего больше не буду от тебя требовать. Но пойми, тебе уже третий десяток пойдет, а ты что? Ни семьи, ни дома. Когда ты собираешься всем этим обзаводиться?
Тон бабушки сменился на более серьезный:
— Как бы то ни было, а ты обязан показать мне своих правнуков, пока я еще дышу.
Мужчине показалось, что голова у него еще немного и вспыхнет. Стоило только бабушке завести разговор о детях, внутри него растекалось неприятное чувство, но у него даже слов подходящих не находилось, чтобы его описать.
Боль?
Нет, этого было недостаточно, чтобы определить охватившее его настроение.
— Доктор сказал, что тебе нужно больше отдыхать. Слушайся его, заботься о себе, не переживай, следи за здоровьем. И тогда ты сможешь увидеть и мою свадьбу, и детей. Ладно?
