— Прости, это я не уберег ее, — осипшим голосом произнес он, — я тоже скучаю по ней.
Паша забрался в его объятия, ощущая, как содрогается грудная клетка Дмитрия.
Когда он крепко обнимал Дмитрия, он осознал, что тревога и переживания этого мужчины за его маму были искренними.
— Мы найдем ее, вместе, — Дмитрий заставил мальчика посмотреть на себя. — Поедешь с нами?
— Поеду, — без колебаний ответил Павел. — Но как же Маша? Наверняка она станет докучать бабушке, когда меня и мамы не будет рядом, — обеспокоенно произнес он.
— Папа.
Мария увидела Дмитрия, она немедленно выбежала из дома, мчась сломя голову, обнимая маленькими беленькими пухленькими ручками отца за ногу.
— Папа, — произнесла она, подняв голову и скривив розовые губы, — можешь отпустить Пашу и обнять меня? — несколько раз похлопав своими большими глазами, она продолжила: — Он ведь мальчик, ему не нужно обниматься, меня лучше обними.
Павел потерял дар речи.
Дмитрий присел на корточки и обнял девочку. Сегодня ее одели в розовое платье, на голове сделали хвост, из которого выпадали волосы, опускаясь на уши и высокий лоб. С искрящимся взглядом девочка обхватила отца за шею, прижимаясь лицом к его щеке.
— Папа, ты вернулся! А почему мама не с тобой? Я ее уже несколько дней не видела, я скучаю по ней.
Отведя взгляд вдаль, Дмитрий прижал детей к своей груди.
— Мы вместе поедем искать ее, — произнес он так нежно, как только мог.
— Правда? — воодушевилась Маша. — Мама с нами в прятки играет, поэтому нужно ее искать?
— Да.
— Потеха! — Мария продолжала извиваться в его объятиях.
— Хорошо же детям, — Паша же не был так оптимистичен.
— А ты разве не на какие-то несколько минут раньше меня родился? — услышав его слова, посмотрела на него Маша. — Не так уж ты меня и старше. Бабуля вообще говорила, что ты сбоку припека.
— Я сбоку припека? — нахмурился Паша, и на его лице появились морщинки.
— Заходите в дом, время есть! — в тот момент Виктория Александровна вышла из наружу в фартуке и скрестила руки на груди.
— Бабуля, Паша ведь лишний, да? — спросила Мария в присутствии брата, чтобы доказать правдивость своих слов.
Ее намерения всем были видны насквозь: по сравнению с братом ума у нее куда меньше, да и сама она намного наивнее.
— Это ты лишняя, — улыбаясь, ответила Виктория Александровна, задирая ее.
— А почему не Паша? — скривив рот, спросила Маша, перестав радоваться. Он ведь такой… надоедливый.
Обнимается с папой вместо нее. Докучливый!
— Потому что сначала у мамы в животе был только один ребеночек, а потом обнаружили второго. Разве ж второй не сбоку припека? — посмотрев на Дмитрия, произнесла Виктория Александровна.
— Тогда это Паша, Паша сбоку припека, — не согласилась Маша.
— Но он родился первым…
— А мне все равно, это он, — выкрутилась девочка, сильнее прижимаясь к отцовской шее, ластясь. — Пап, Паша же сбоку припека?
— Вы оба одинаковые, — Дмитрий поднял ее на руки и потрепал по голове.
— Идемте есть, — Виктория Александровна потянула Пашу внутрь.
— Я собираюсь взять их с собой, Света по ним соскучилась, — пользуясь оживленным моментом, мужчина сообщил ей о своих намерениях.
— Хорошо, — согласилась Виктория Александровна. Она чувствовала, что что-то не так, но посчитала, что сама себе надумала. Видя, как детям, в особенности Маше, очень нравится Дмитрий, женщина решила: если Дмитрий сможет создать со Светой семью, то лучше и не вмешать.
— Когда вернетесь? — спросила Виктория Александровна.
Дмитрий понятия не имел, к какому моменту они найдут Свету, поэтому ответил:
— Нет конкретной даты, я хочу отвезти их поразвлечься, хорошенько отдохнуть, и никто не будет нас беспокоить.
— Ну ладно, а когда уехать? — кивнула женщина.
— Сегодня вечером.
— Так скоро?
— Да, — мужчина не стал объяснять дальше, не желая тратить время.
— Тогда сначала поешьте, а я пока соберу детскую одежду, — Виктория Александровна развязала фартук и вошла в дом.
Дмитрий отвел детей помыть руки. Маша словно приклеилась к нему — вцепилась в его объятия, не желая отпускать, поэтому ему пришлось умыть ее, держа на руках, а после еще отнести в столовую и посадить к себе на колени.
— Света еще не вернулась? — необдуманно спросила Екатерина Алексеевна, подавая еду на стол.
Дмитрий кормил Машу, даже не поднимая глаз, сухо угукал. Ему не хотелось обсуждать Светлану — если болтать слишком много, они легко смогут догадаться о происходящем.
Екатерина Алексеевна приняла во внимание то, какой Дмитрий человек. Зная его характер, такой тон означал, что он не желает говорить об этом, и ей лучше тактично замолчать.
— Папа, попробуй, — Маша зачерпнула брокколи ложкой и поднесла прибор к его губам. Девочка несколько раз моргнула, с нетерпением ожидая.
Дмитрий открыл рот и проглотил брокколи. Несмотря на отсутствие аппетита, он слегка прожевал овощ во рту, уважая чувства дочери.
— Вкусно? — радостно улыбнулась Мария, — Мама лучше готовит!
Выражение на лице Дмитрия стало сосредоточенным: разговор с детьми всегда вертится вокруг Светланы — сразу ясно, как они к ней привязаны.
