— Полагаю, вы про меня уже и так все знаете, не так ли?
Хоть это и был вопрос, но прозвучал он достаточно утвердительно.
Дмитрий не стал ничего отрицать, он и в самом деле знал про него все. Он уже просил Савелия все проверить.
Трифон — сирота, он был усыновлен Марковым Афанасием. После смерти приемного отца, он полностью унаследовал его предприятие. Ему очень повезло на своем жизненном пути встретить Маркова. В противном случае, ему бы никак не удалось заполучить тот статус и положение в обществе, которые он имеет на сегодняшний день.
Не верьте в то, что начинать всегда нужно с нуля. В этом мире просто невозможно добиться успеха в одночасье, если у человека за спиной нет абсолютно никакого статуса. В его возрасте добиться того, что он сейчас имеет практически нереально.
Он нашел в телефоне фотографию Маркова и показал ее Дмитрию:
— Это мой приемный отец, Марков Афанасий.
Дмитрий взглянул на экран, но его это все совершенно не интересовало, ему казалось, что Трифон не просто так ему все это показывает.
— Заметили? У него недостает двух пальцев на руке.
Мизинец и безымянный палец были отрезаны.
Дмитрий слегка присмотрелся:
— Что вы хотите этим сказать?
— У него не от рождения не было этих двух пальцев, ему их отрезали.
После того как Марков усыновил Трифона, он постоянно вместе с ним изучал бизнес. Уже после того как он вырос, он удивлялся почему такой мужчина так и не женился, не завел детей, почему он решил его усыновить. Глядя на его статус в обществе, даже потеряв два пальца, найти себе пару для него не составило бы труда. Было не мало женщин, желающих выйти за него замуж.
Уже потом он понял почему приемный отец так и не женился, его сердце уже было занято одной женщиной. Этой женщиной была Елизавета Родионовна.
Позже, когда Марков уже заболел, перед смертью, он сказал Трифону, что больше всего в своей жизни он жалеет о том, что упустил любовь всей своей жизни.
Трифон по сих пор помнил, как отец, сжимая его руку, сказал свое последнее желание:
— Я знаю, что мы перестали с ней общаться сразу после того как она родила, она всегда говорила, что хочет себе девочку. Да, у нее будет дочь. Я мечтал, что ты сможешь жениться на ее дочери и будешь хорошо к ней относиться — это мое последнее желание.
В этой жизни Афанасию и Елизавете было не суждено быть вместе, но он надеялся, что его приемный сын сможет жениться на ее дочери, позаботиться о ней.
Линия прибора, показывающая его сердцебиение стала сплошной и раздалось пищание. На этих словах Афанасий покинул этот мир.
Трифон все время недоумевал, где же эта дочь Елизаветы Родионовны, о которой постоянно говорил отец? После смерти Афанасия, он не раз проверял информацию об Елизавете Родионовне, он знал, что она вышла замуж за Илью Гусева, но она никогда в жизни не рожала детей.
— Однажды, мой приемный отец был заключен в тюрьму на 6 лет, тогда-то ему и отрезали пальцы.
6 лет — довольно долгий срок, почему его отца тогда посадили, да еще и отрезали пальцы. Бывали времена, когда казалось будто его специально упрятали за решетку. Информация, которую он мог нарыть, был ограничена.
Он привел сюда Дмитрия, потому что хотел, чтобы он подробнее изучил этот вопрос.
Афанасий его вырастил и оставил ему все наследство, он был благодарен ему за воспитание, и хотел отомстить за отрезанные его отцу пальцы. Но он бессилен.
Уже тогда семья Марковых была не просто обычной семьей, но его посадили в тюрьму, и так запрятали всю информацию, было видно, что это очень ужасный и могущественный враг. Сегодня, он уже вряд ли является противников этого человека.
Если его догадки были верны, Дмитрий, скорее всего, сын Елизаветы Родионовны. Конечно же у него не было доказательств, это были не более, чем его предположения. Однако, теперь Дмитрий тоже во всем этом замешан. С его возможностями, узнать правду обо всем, что тогда произошло — лишь вопрос ближайшего будущего.
«Быть заключенным в тюрьму на 6 лет — это и в правду очень жестоко. Вот только зачем Трифон это все ему рассказывает? — подумал Дмитрий».
Казалось, что на одно мгновенье он понял, что причина, по которой Трифон его позвал, как-то связана с Марковым Афанасием.
Дмитрий повернулся, слегка прищурился, он впечатлял своей мрачностью:
— Трифон Олегович, скажите откровенно, чего вы хотите?
Дмитрий видел его насквозь, однако Трифон не чувствовал неловкости или смущения, а лишь громко рассмеялся:
— Все-таки от Вас, Дмитрий Ильич, ничего не скроешь, но я все же думаю, что, если вы заходите раздобыть информацию, вы сможете нарыть очень много интересного.
— Какая мне от этого польза?
Было очевидно, что Дмитрий не особо хочет впутываться во все это. Да и вообще, если бы не Светлана, он бы не стал на долго задерживаться в таком месте. Хочет его использовать? Это смешно!
