— Кончай этот цирк! Немедленно войди и скажи все как есть. Больше с этим тянуть нельзя.
— Не скажу, — упирался Стас. Он твердо для себя решил, что добьется ее. — Ты спала со мной и должна понести ответственность!
Кира на мгновение обомлела, затем, дрожа, выпалила:
— Стас, ты вообще мужик?!
— А тебе не видно что ли, мужчина я или нет?
— Ладно. Не скажешь ты — пойду и скажу сама.
Кира должна была разрушить его коварные помыслы. Она сделала два шага, как вдруг Стас схватил ее за руку, с силой потянул на себя и заключил в свои теплые объятия.
— Отпусти!
Он был напорист. Она стала хлестать его по лицу, но в итоге он перехватил ее руку и завел ее за спину. Другой своей рукой Стас удерживал голову девушкой. Он целовал ее, силой преодолевая ее сопротивление.
Глаза Кирой округлились от шока. Он вдруг взял и…
Стас прикусил ее губу и сдавленным голосом сказал:
— Если не пообещаешь выйти за меня, я тебя не отпущу.
От злости Кирой хотелось разрыдаться. Какой же он мерзавец! Неожиданно на ее глаза стали наворачиваться слезы. Хрипя, она произнесла:
— Стас, ты мерзавец.
Тот чуть ослабил хватку, но все еще держал Киру. И, покусывая ее ухо, он ответил:
— Долг платежом красен, верно? Ты спала со мной, значит теперь несешь передо мной обязательства. Я правильно говорю?
Слезы струйками потекли по щекам: Кира заплакала по-настоящему. Стас в растерянности выпустил ее руку и принялся утирать ее слезы.
— Хотя я раньше менял девушек как перчатки. Так-то я не со всеми спал…
Кира теперь уже рыдала. У нее это было в первый раз, и она, разумеется, ожидала, что и у «того самого» тоже будет все впервые. Это ведь честно. Но этот — этот много с кем переспал. Стас будто ошпарило от осознания, что он сказал лишнее, и он захлопнул ладонью себе рот.
— Не волнуйся. Я потом не буду искать себе другую. Мне нужна только ты. Так пойдет?
Кира не слушала и продолжала плакать. Стас бросило в жар от осознания безрассудности своих слов.
— Я виноват, виноват, прошу, не плач.
Кира уставилась на него и вытерла слезы.
— Пойди и скажи всем, тогда перестану.
Стас замолчал на пару секунд.
— Тогда плачь дальше.
— Стас!
Кира принялась колотить Стас, а тот стоял как столб и терпеливо принимал удары. Он понимал ее женские чувства. С ним у нее был первый раз. Сейчас он вновь толкает ее выйти за него. Ее гложут обида и гнев, но это нормально. Пусть постукает его хорошенько и успокоится.
В этот момент Стас услышал, как кто-то вышел из лифта и пошел сюда. Он перехватил кулак Кирой и вновь обхватил все ее тело в объятии. Та подняла взгляд на него. Опять он за свое. Она уже хотела выругаться, но услышала, как он с веселой улыбкой сказал кому-то:
— Все в сборе, тебя одного ждем.
Дмитрий вяло промычал в ответ.
Поняв, кому Стас это сказал, Кира придержала свою брань за зубами. А Стас так и обнимал ее и все не унимался:
— Кир, ну сама посуди: у нас с тобой была связь. Значит и жениться надо, так ведь?
— Это не феодальные…
— Мы люди нравственные.
— Но я не люблю тебя.
Веки Кирой тяжело опустились. Для нее это исчерпывающий аргумент. Стас глубоко вздохнул.
— Ну и ладно. Я сделаю так, чтобы ты меня полюбила. Я ведь не урод, не старик, и вполне уверенный в себе мужчина.
— А что, если я тебя вообще никогда не полюблю?
— Ну-у, — задумался Стас, — если пройдет восемьдесят лет и ты не влюбишься в меня, тогда я отпущу тебя.
Что за ответ!
— Ладно, пойдем, — нарушил тишину Стас, — не будем заставлять народ ждать нас по твоей прихоти.
Кира уже хотела что-то ему сказать, но поняла, что никакие слова его больше не переубедят.
В номере
Все как один направили свои взгляды на открывшуюся дверь номера отеля. Они думали, что вернулись Стас с Кирой, но это оказался Дмитрий.
Итон скривил рот:
— А я хотел посмотреть на спектакль.
Дмитрий молча отодвинул свободный стул рядом со Светланой, взял дочь и занял место. Светлана крепко стиснула руки под столом и несколько раз порывалась что-то сказать, но передумывала. Здесь не место, чтобы объясняться с Дмитрием. Она вздохнула с мыслью о том, что поговорит с ним после банкета.
— Просим нам простить, мы задержались.
На этот раз это вернулись, идя в обнимку, Стас с Кирой. Бабушка широко улыбалась от радости.
— Надо бы и свадьбу уже сыграть.
Стас сперва опешил, но потом улыбнулся в ответ:
— Сыграем.
— Что…! — хотела встрять Кира, но Стас снова перебил ее:
— Она не хочет, чтобы бабуля беспокоилась о нашей семейной жизни — все уже решено.
Этот Стас… Свихнуться можно с ним.
Приблизившись к Кирой, Стас прошептал:
— Моя бабуля уже старенькая. Волноваться ей нельзя. Ты же не хочешь, чтобы она распереживалась из-за меня?
Верно. Его бабушка уже не молода. Но это не значит, что она должна жертвовать собой, ради того, чтобы внук угодил бабушке. Стас взял руку Кирой, прижал ее ладонью к своему сердцу и, глядя ей в глаза, тихо спросил:
— У тебя правда нет ко мне никаких чувств?
Кира не осмелилась смотреть на него. Не то чтобы у нее не было никаких чувств. Она ценила в мужчинах зрелость и серьезность. Легкомысленность же Стаса не внушала чувство спокойствия и надежности. Поэтому она отвергала его. Не из-за отсутствия чувств.
