Она хотела прийти, когда подруга проснется, чтобы вдруг не оказалось, что, когда она узнает о том, что с ней случилось, с бедняжкой рядом не оказалось ни единого человека, на кого можно было бы положиться.
— Примерно через 12 часов она должна уже будет выйти из комы, — ответил врач.
Светлана про себя посчитала: через 12 часов, это примерно пять утра следующего дня. Поблагодарив доктора, она вышла из кабинета.
Вернувшись с Дмитрием домой, она не стала ужинать, вместо того закрывшись в комнате. Тогда-то мужчина вошел к ней со стаканом теплого молока. Все еще одетая в свитер, она лежала на кровати. Дмитрий присел на кровать. Ему очень не нравилось, когда жена расстраивалась из-за других.
— Спишь?
Светлана не спала, просто не хотела разговаривать. Она слышала, как он открыл дверь и зашел в комнату.
— Я знаю, что ты не спишь. Вставай, выпей молока.
Светлана перевернулась, посмотрев на него. Она и сама не могла понять, что с ней происходит, просто всевозможные эмоции устроили вавилонское столпотворение в ее голове.
Дмитрий мягко улыбнулся:
— Чего смотришь? Я такой красивый, что глаз не оторвать?
Женщина внимательно присмотрелась. Он правда был привлекательным: с белой кожей, четкими чертами лица, глубокими глазами и нежной улыбкой, которая появлялась нечасто, но валила наповал. Но вот когда он надевал на себя привычную равнодушную холодную личину, вайб от него исходил совершенно иной.
Подавленность Светланы немного развеялась. Сев, она взяла стакан молока, который протянул ей собеседник, сделав глоток:
— Стас… всегда такой?
Ужасно нерешительный, когда дело касается эмоций.
Дмитрий на мгновение задумался:
— Нет.
Обычно Стас прекрасно во всем разбирался и на ура справлялся с подобными ситуациями, но в случае с Ларисой допустил непоправимую оплошность. Поскольку в прошлом он близко к сердцу принял отъезд Ларисы, в этот раз, когда она так внезапно вновь возникал в его жизни, он, вероятно, сам в себе запутался.
Светлана поджала губы, явно над чем-то размышляя. Дмитрий напомнил, указав на стакан:
— Молоко.
Но девушка не сделала следующий глоток, а вдруг взяла в руки телефон и поставила будильник, ибо завтра ей нужно было встать довольно рано и ехать в больницу. Ночью она спала в объятиях Дмитрия. Возможно, из-за того, что его тело рядом вселяло чувство умиротворения, она довольно быстро провалилась в сон.
Светлану разбудил будильник. Вспомнив о Кире в больнице, она мгновенно проснулась и хотела было уже встать с кровати, когда муж обнял ее за талию, произнеся хриплым спросонья голосом:
— Куда ты собралась?
— Мне нужно в больницу. Доктор сказал, что к пяти утра Кира должна уже прийти в себя. Пойду проведаю ее, — если честно, она просто боялась, что встреча со Стасом станет для Киры слишком сильным триггером, поэтому собиралась прийти пораньше.
— Еще так рано, поспи со мной подольше, — крепче обняв, он уложил ее обратно на постель, но девушка попыталась оттолкнуть мужа:
— Прекрати. Я боюсь, что после операции она не сможет принять этого, а рядом еще и никого близкого не будет. Кстати говоря, у меня и для тебя есть задание.
Светлана перевернулась, оказавшись с ним лицом к лицу, обняв руками его за щеки:
— А что я получу взамен? — спросил Дмитрий прежде, чем жена успела что-то сказать.
— Я, между прочим, серьезно.
— А я что, не серьезен?
Светлана не нашлась, что ответить. Приблизившись, она чмокнула его в губы. Сутра у него на подбородке появилась легкая щетина, поэтому девушка почувствовала, как закололо кожу, пускай это и не было особо неприятно. Поцелуй был такой легкий, что закончился в мгновение ока.
Дмитрий нахмурился. Прищурившись, он всем своим видом показывал, что этого было маловато. Перевернувшись, он прижал девушку к груди.
— Я хочу, чтобы ты нашел хорошего пластического хирурга.
Хотя она еще не видела Киру, но, прекрасно зная подругу, понимала, что та не позволит Стасу вмешиваться в это. А если быть точнее — не захочет быть как-либо связана с ним. Теперь последние ниточки привязанности между ними было оборваны окончательно.
Дмитрий посмотрел на руки, которыми она упиралась в него, почти шепотом ответив:
— Хорошо, опусти руки.
Сердцебиение у Светланы резко участилось. Свет в комнате был выключен, и лишь прикроватная лампа горела оранжевым, добавляя атмосфере какого-то необъяснимого очарования.
Его грудь была настолько горячей, что даже через преграду из шелковой простыни она чувствовала исходивший от него жар. Пальцы девушки сжались. Дмитрий опустил голову, прижавшись своими губами к ее, приглушенно хихикнув:
— И почему ты такая стеснительная?
Они уже столько времени вместе, но она все еще время от времени краснеет.
Закончив с «делами», Дмитрий одел ее и отвез в больницу.
